В парке Парфинора натыкается на людей которые отказались от её предложения принять должность вице-президента класса — Ромео и Азарину. Они, казалось, её присутствию не возражали, а потому она могла присоединиться к их беседе, если ей этого хотелось.
— Хмм... — На лице Ромео читалась задумчивость, он разглядывал ножны на коленях Азарины, словно бы пытаясь подтвердить свои мысли о том, что же было в них скрыто, — Неужели?..
Вместо ответа Азарина показательно обнажила ножны и показала свету одноручный меч очень тонкой работы, украшенный различными символами.
— Фиэммаэль! — Воскликнул Ромео. — Мне доводилось слышать, что после падения Тиария это оружие переходило из рук в руки различного сброда, пока наконец не попало к благородной семье Айзенбахов, но я никак не мог быть уверен в том, что император позволит другим оставить одну из древних реликвий его семьи.
— "За заслуги перед империей", — пояснила Азарина официальную причину вручения этого оружия её семье, — хотя, как мне кажется, император просто не испытывал к этому мечу никакой привязанности, тогда как в стратегическом отношении даже столь редкий артефакт древности уже не имеет большого значения в современной войне...
— И тем не менее, я удивлен. Император Камия Рен всегда был человеком, который почтительно относился к своей семье и её истории.
— Возможно, что не к "такой" истории. Сколько несчастья принес этот клинок, сколько невинных людей было лишено жизней его лезвием за время его пользования Тиарием?
— Порой ты меня удивляешь, — Азарина позволила собеседнику воспользоваться её мечом, и Ромео сделал несколько движений с ним; было видно, что молодой аристократ был обучен некому дворянскому стилю фехтования который, впрочем, был бы абсолютно бесполезен в современной войне, — великолепное оружие пропитанное огромной историей. Ты должна носить его с высоко поднятой головой.