Если раньше и могли быть какие-то сомнения насчёт того, что грядёт война, то теперь их не оставалось. И было более чем ясно, что Ринзе планировала задействовать для этого все доступные ей ресурсы — даже зелёных кадетов с первого курса. Тем не менее, ещё во время июльских новостей Нея приняла твердое решение идти до конца, несмотря на её мнение о новой императрице и личные идеалы. В текущей ситуации, по её мнению, это было самым разумным выбором, пускай даже ей придётся играть по правилам полоумной правительницы. Когда Ринзе говорила свою пустую и помпезную речь, девушка слушала её с полным уверенности лицом, как если бы эти слова действительно вселяли в неё гордость. И, когда настал её черёд, реймийка чётко и твёрдо, без единой запинки, произнесла заветную клятву:
— Я, Линнея Шерман, клянусь, что в жизни и в смерти буду вечно предана императрице и её земле, буду защищать интересы Реймийской Империи и не посрамлю её имени. Враги могут уничтожить моё тело, но они никогда не смогут покорить мою волю. Империя превыше всего, да здравствует Её Величество Ринзе Рейм!