— Мы же не компания борющаяся в условиях конкуренции свободного рынка чтобы думать о выигрыше и проигрыше, — Шого усмехнулся, — возможно по мне этого не скажешь, но я ответственно подхожу к принятию подобных решений, но в большей степени из-за своего эгоизма, чем из-за каких-либо благородных побуждений. Понимаешь, я не считаю, что я кому-то в своей жизни что-то должен: свое право на жизнь я, так скажем, уже отработал пока меня препарировали и накачивали кто только знает чем. В остальном же, не считая некоторых шалостей, реального зла я никому не причинил и чужим потом или кровью в своих интересах не воспользовался, и осознание этого делает жизнь проще. Меня совесть ни за что не гложет и я могу легкой походкой идти вперед. Но а это... — Он взял ампулу и небрежно повертел её в руках. — Это всё меняет. По правде говоря, к Её Величеству ненависти или какой-либо неприязни я не испытываю, зла лично мне она не причинила, да и её подарок, отбрасывая моральную сторону этой дилеммы, очень кстати и как раз то, что мне нужно. К тому же, я всегда предпочту красивую императрицу любому императору. — Шого хохотнул и принял сидячее положение, всё ещё держа в руках ампулу. — Впрочем, зла к её отцу я как такового тоже не испытываю. Меня конкретно никто не целил и, по сути, мне просто напросто не повезло оказаться не в том месте и не в то время. Точно также как я угодил в тот исследовательский центр, кого-то придавило упавшим во время сильного ветра деревом, убило молнией, сгноило болезнями приобретенными при рождении или по ходу жизни, и так далее. Но это не значит, что я одобряю произошедшее со мной или происходящее с другими. Поэтому принять этот подарок, значит принять правильность этих методов, в этом и суть моей маленькой дилеммы. — Всё ещё сидя на кровати, парень пошевелил свисающими с неё ногами. — Я думаю, что для людей с другим складом ума всё это может показаться весьма глупым, но я это воспринимаю таким вот образом.