Вести о введения налога на джуэлы были встречены Линдернией без энтузиазма — попытки укрепить позиции собственной валюты были действием закономерным и ожидаемым, но для путников вроде неё самой не сулили ничего хорошего. Особенно если перевод аиров обратно в джуэлы проводился по крайне невыгодному курсу. Кого-то подобный подход и вовсе мог заставить осесть в Аирисуфире, если плата за работу позволяет вести достаточно комфортную жизнь в империи, но в переводе на джуэлы выглядит не слишком впечатляюще.
Следующая за новостью о джуэлах статья показалась колдунье несколько ироничной, учитывая что основателем рода и первым монархом Аирисуфира был мужчина. Впрочем, это же, на пару с бреднями про "разность" и наталкивало Линдернию на мысли о том, что основным мотивом для введения закона было закрепление позиций "правильных" наследников, а не следование вольной интерпретации артерианских учений. Последнее было лишь оправданием и официальной причиной.
От размышлений Линдернию оторвал громкий смех Вальдемара. Судя по комментариям лислиарского дикаря, он дочитал ту же новость, что и ведьма. Впрочем, учитывая его комментарий, желания обсудить положение дел в империи у неё не возникло. Линдерния просто получила напоминание о том, что не все стереотипы так уж далеки от реальности.
К вопросу о дикарях, последняя новость в газете как раз рассказывала об обострившихся отношениях между племенами нелюдей и Аирисуфиром. Сама по себе новость особого интереса не представляла — очередной закон, который саму Линдернию не касался. Но сама ситуация отчётливо говорила о том, что конфликт между империей и племенами неизбежен. Кто-то даже мог бы сказать, что первые имели полное право пойти на нелюдей войной, чтобы обезопасить своих граждан. И, безусловно, именно на подобный нарратив верха Аирисуфира и рассчитывали. Тот факт, что подобная реакция известных своими территориальностью и милитаристичностью племён была ожидаема, в ответ на очередное сдвижение границ, скорее всего, будет заметён под ковёр.
Решив, что с новостями на сегодня всё, колдунья отложила газету в сторону и, предварительно потянувшись, отправилась на досмотр.