Хризантия застегнула расстегнутый до того лифчик и поднялась с кушетки.
— Я сказала встать на четвереньки. — Говоря это, она накинула на себя верхнюю часть своей формы, подошла к зеркалу, убедилась в том что всё в порядке и аккуратно накинула на голову берет.
Мирастир крайне удивился. Оскорбился. Но всё же взял себя в руки. В конце концов, это может быть неудачной шуткой. Тем более, это была женщина, а оскорбить женщину гневом недостойно джентельмена.
-- Мэм, при всём уважении, я сейчас солдат, а вообще наёмник, и боюсь, это не входит в область моих компетенций, -- мягко сказал он. -- Если вы не желаете, чтобы я брал подработку, то так тому и быть, служу Аирисуфиру.