Как это часто бывает со снами, грёзы Калэнтии представляли собой весьма странную смесь реальности, воспоминаний о прошлом и подсознательных желаний. Хотя ей и снилось будто бы она всё ещё ребёнок, который живёт в Аргалии вместе со своими родителями, в своих снах она радостно делилась с ними рассказами о том, чему она успела научиться у столь родного их семье дядюшки Гунгнира. Мать хмурилась и напоминала, что чему бы Калентия не научилась её всё ещё стоило избегать опасностей, в то время как отец весело смеялся и отмечал, что теперь будет кому сторожить их бакалейную лавку от нерадивых посетителей. Но потом сон прервался и, разлепив глаза, девушка обнаружила себя в действительности. Не столь мрачной, какой она могла бы быть, но всё ещё бесконечно далёкой от желаемого.
Указ барона о встрече в лесу, хоть и оказался сюрпризом для аргалийки, странным ей не показался. Скорее всего, первый просто решил устроить своим подопечным очередную тренировку. Зная методы Гунгнира, это даже могло быть чем-то вроде выживания в лесу в течении недели, с запретом на возвращение в город без весомых на то причин. Но гадать можно было сколько угодно, в то время как проще было не заставлять наставника ждать и явиться на место самой. Причесавшись, одевшись, умыв лицо и прочтя короткую молитву Артерии, девушка собрала всё что могла счесть необходимым и направилась на место встречи.