Гульвейг было, конечно, жалко расставаться с деньгами, которые она из всей компании одна зарабатывала исключительно потом и кровью, и не то чтобы обычно успешно. Но кушать так сильно хотелось, а аппетит друзей был так заразителен.
-- Ванильный! Спасибо! Но, ребята, с урезониванием Ганса я помогаю, иначе ничего не беру, -- применила она "страшную" угрозу.