Гульвейг, которая тоже чувствовала себя паршиво (по правде, ещё с того момента, как ей пришлось сражаться без брони, но после с каждым новым "событием" это чувство лишь усиливалось) постаралась приободрить товарищей.
-- Это ради Рёхэя, помните? Сейчас нам нужно всем помочь. В другой раз спуску не дадим.
Идёт освобождать (наконец-то уже) пленниц. Остальные пусть забирают компромат всякий и тоже на выход подтягиваются.