Пока девушки страдали моральными терзаниями, Андерс, на самом деле, не особо-то и переживал. Когда выяснилось, что Алессия случайно сожгла одного из пленников, он, конечно, слегка расстроился, но даже тогда его намного больше волновали жизни товарищей - которые враги так легко могли оборвать. Он уже видел как Весерода сразило буквально одной пулей, как тот упал и из него лилась ярко-алая кровь, как казалось, что их угрюмому лидеру наступит конец. И если бы не героизм Рёхэя - то Весерод бы умер прямо там. Поэтому, когда пришла пора товарищей спасать самого Рёхэя - пусть даже, пойдя на сделку с врагом - для него такое решение казалось вполне естественным и нормальным. Возможно, на это повлияло и его прошлое, когда взаимовыручка между членами банды была важнее всего, важнее любых других моральных норм. А возможно, даже не имей он такого прошлого, он поступил бы так же. Сейчас Андерса волновало только одно - как будет преподнести историю графу таким образом, чтобы он не попытался соскочить с предложенной им сделки и чтобы сам отряд воспитанников не попал под подозрении в сотрудничестве с врагом.