АвторЛилиан устраивается поудобнее и говорит Ильве встать там, где с неё будет удобно рисовать. 
— Ну хорошо, давай подумаем... Что такое борьба? Первородным её проявлением можно назвать инстинкт самосохранения, когда человек пытается спасти себя от некой опасности. Может быть борьба за сердце любимого человека, когда ты всячески пытаешься понравиться ему или соперничаешь с конкуренткой. Может быть ревностная борьба за убеждения, или за власть... Внутренняя борьба с экзистенциальным ужасом, например, но это мы уже частично рассмотрели в прошлый раз. Грубо говоря, сама по себе жизнь это борьба. В общем, изобрази мне что-нибудь что у тебя самой ассоциируется с этим концептом ближе всего.

Ильва послушно заняла указанное место.
—После вашего объяснения звучит посложнее прошлого поручения... Но постараюсь вас не разочаровать.
Девушка позволила себе с минуту раздумий. Борьба за жизнь, пожалуй, ярче всего проявлялась в момент реальной опасности, а лишенная этого немаловажного фактора как-то тускнела и теряла эффект своей естественности, потому этот вариант она пока что отмела. Внутренний ужас действительно бы бы похож на прошлые изображения, да и настроение уже не столь располагало к столь темным эмоциям.
Борьба за сердце любимого человека... А может быть не просто за сердце, а и вовсе за жизнь?..
Ильва представила Ренольда, а точнее его блеклое отраженье, постепенно растворяющее за горизонтом. Его окружали различные, неясные тени: будь это дендроиды, мушкетеры, неизвестные женщины, суть оставалась единой: он стремительно таял, подобно весеннему снегу, оставляя после себя лишь бездонную пустоту.
Перво-наперво, образ девушки должен был показывать некоторое оцепенение, даже замешательство: здесь смешались первичное неверие-неприятие происходящего, вкупе со свойственной людям нерешительностью-неуверенностью. Дескать, а что я могу? А есть ли смысл? Зачем бороться? Но то лишь внешняя маска, придающая легкую несуразность общему облику -- тонкая грань, отделяющая слабых духом от готовых до конца сражаться за целостность собственного сердца. Борьба здесь и во взгляде из под слегка приподнятых бровей: в нем смешался первородный страх потери и страстная уверенность -- всепоглощающая решимость достичь желаемого, наплевав как на собственную жизнь, так и весь окружающий мир. Плечи, руки, кисти вплоть до сжатых кулачков, на первый взгляд слегка скованные, в реальности излучают предельную напряженность из-за боязни совершить ошибку и навсегда потерять любимого; но тем не менее в них ощущается и аура ревностной одержимости не упустить "добычу" -- не проиграть, не сдаваться. Губы плотно сжаты, растрепанные волосы тонкими прядями укрывают часть лица. Страх и уверенность, отчаяние и надежда: такие противоположные, сейчас эти эмоции должны были смешаться в цельную картину хрупкого образа, будто пронизанного тонкой паутиной, сотканной из столь противоречивых нитей. Столь слабую и нестабильную, готовую в любой миг, в зависимости от результата, навсегда разорваться, разрушив достигнутый ощущением борьбы хрупкий баланс. А что же останется после: темная груда боли и ненависти, или светлое воплощение радости и успеха -- пока оставалось загадкой.