Гульвейг подходит и серьёзно глядит Филиппу прямо в глаза.
— Меня не надо ни от чего оберегать, — отчеканила она. — Если там произошло что-то жуткое, о чём я ещё не знаю, я предпочту узнать и вознести свои молитвы Матушке, как велит мне мой долг. Ну а если ты серьёзно насчёт цены, что ж, придётся привлечь к этому делу борцов с монополиями, да?