-- Мы и есть подходящие государственные люди, ну, я так думала, -- ответила Гульвейг, но больше ничего не сказала. Ясно было, что Весерод не изменит своё безумное решение, а сохранить лицо перед коллегами из железнодорожной стоило -- было бы странно им наблюдать за каким-то непонятным тихим спором.
Ну гоу, что.