-- В общем... Я благодарна за то, что ты делаешь для своих братьев и сестёр. За руководство в бою в том числе, ведь это нельзя переоценить. В целом же... Какие бы ты решения не принимал, даже если я с ними не согласна, я понимаю, что их тяжесть лежит на тебе и само по себе это подвиг. По итогу... Пожалуй, я не могу сказать, что хоть что-то сегодня было сделано неверно. Получилось ли так благодаря твоей интуиции или потому что ты глядишь наперёд дальше меня -- я не знаю. Увы, но какие бы я эмоции не испытывала, наши противники во время этого патруля не могли избежать смерти.
-- Однако, я хочу отметить ещё одно. Не знаю, думал ли ты об этом, но как на лидере, на тебе лежит ещё одна ответственность -- за душевное состояние твоих братьев и сестёр. Что бы ты ни делал, нам всем придётся соглашаться с твоими поступками, или жить в несогласии с самими собой. Если в твоих поступках не будет необходимого сопереживания, это повлияет на нас тоже. И этого я не хочу. В худшем случае...
Разговор был хорошо продуман, и сейчас Гульвейг хотела сказать, что в худшем случае постарается оспорить лидерство Весерода, чтобы спасти братьев и сестёр, но, пожалуй, он этого не заслужил. Как минимум, его отношение к трём пленным инквизиторам показывало, что Весерод вполне хороший человек.
-- Впрочем, неважно, худшего случая не будет. А так просто я хотела обратить внимание. Не злишься?