Я шел после работы, я устал, мне было дурно. Хотелось выпить, или, может, сходить на трену, то был понедельник, я знал это точно, и все же на трену не шел -- было поздно. Я увидел четырех фехтовальщиков во дворе перед моим двором, все в очень хорошей защите, но все дрались ужасно неумело. Точнее, двух фехтовальщиков и двух фехтовальщиц, все с длинными мечами, сиречь федерами, а после спаррингов, они шли на качели и турники. Я показал им, как надо подтягиваться -- я вдвое больше подтягивался. После, я пригласил их к себе домой, я сказал им, что их техники -- говно, я их отхурярю, пусть я и саблист, и я не знаю, что это на меня тогда нашло -- я ведь знал, что предки на терпят чудаков. И они были согласны, а я не знал, какого черта я их пригласил. 
Они пришли, пацан и девка, в этом порядке я их и отмудохал. Пацан начал собираться. Он был тощ и в очках. Девка пыталась подкатить ко мне, но она была жирная, я отхурярил и ее, выбил пару зубов, и сказал приходить обоим после, или я приду тренить во двор -- тогда я научу их драться. Явились предки и слава богу, что пацан не успел уйти -- я сказал, что я учу их фехтовать. Предки прихуели, мне влетело, но очень не сильно. Хотя та жирная баба начинала уж раздеваться -- жуткий вид.

А потом была кровь, и много, и жители города атаковали друг друга -- какой-то приступ коллективного сумасшествия, а я скользил промеж них, боясь попасться -- их было много, а я один. Я скользил с самой окраины к дому. Но потом и меня охватила жажда крови, и я начал убивать, и то было редкое пиршество крови, хоть в одной схватке всегда было человека по четыре, не более. И я драл их глотки, и пил их кровь, и был очень доволен, и очень беспокоен -- то были не мои желания, плотоядные желания. И я, похоже, убил родителей своих и разодрал их глотки, а после сон переменился.

Я вновь работал, но не мог показаться на базе, ведь был болен. Они, коллеги, забирали меня на "Газели" в условленном месте. Я помогал им,  а после возвращался домой, не попадаясь никому на глаза, ведь я на карантине. Но тем вечером попалась мне девка на глаза, а то была та, что меня привлекала ранее, а с ней какой-то упырь, жирный, низкорослый -- я хотел убить его, того, кто посмел приблизиться к той, что была мне небезразлична.. Я следовал за ними, не привлекая внимания, а после выяснилось, что упырь тот -- ее бабка, а рядом еще идет моя бабка, и она им внушает, какой я остолоп. Я сказал бабке -- что ж ты, карга, так меня расписала? Она сказала: что ж мне делать, у тебя длинные волосы, верно, ты преступник. Я сказал -- надеялась уязвить меня? Эта жизнь не имеет значенья для меня, твои слова -- ничто.
На следующий день, газель не встретила меня. Я ходил по соседним локациям, я ждал, но все зазря. Я почесал голову и почувствовал, что длинные хайры мои обламываются и рвутся, точно гнилая пакля, и я слабею каждый такой раз, и запаниковал. А потом проснулся.