—Проклятые изуверы, набежало как муравьев... —проворчал Тао, выглядывая из окошка на улицу. Завидев среди стражи эолийцев, — тех самых которых они должны были освобождать, воин обомлел от удивления и гнева.
Пока остальные члены отряда скидывали в гору только что улучшенное снаряжение и обменивались грустными речами, Тао тоже снял с себя тяжелый доспех, новенький плащ, неудобную шляпку. Потом Тао отыскал темный уголок в коморке, опустился на колени и сложил ладони в молитве.
—Как же так, Богиня?.. —с сожалением бормотал воин. —Сначала Тао позорят эолийцы подавшиеся в бандиты. Теперь Тао унижают эолийцы что служат верными псами заграничным чинушам. Разве же ради этого Тао должен был сражаться? Ведь Тао и его товарищей как освободителей должны были встречать цветами и хлебом с солью...
Изъяв своей верный клинок, Тао полоснул себя по груди. На пол квартирки брызнул свежий поток крови. Ощущая как ядовитая отрава расходится по жилам, Тао закачал головой в праведном ритме.
—Восемь лет прошло, как Тао обещал не попадаться в паутину лжи. Но Тао предал себя, Тао предал Богиню. Тао предал своего друга. Тао может унижать себя много раз, но Тао все-равно не достигнет цели. Эолия не достойна спасения Тао, пока народ Эолии столь слаб и ничтожен.
Новый удар.
—Тао думал, что должен отомстить за свою погибшую деревню и спасти Эолию. Но теперь Тао понял. Деревня Тао и Эолия были слабы. А раз так, значит не имеют никаких прав. Значит, сильные страны имеют право захватить их и унижать. А их народ будет лишь кланяться и выслуживать захватчикам. Они не заслуживают спасенья.
С трудом поднявшись с пола, Тао обнаружил, что остался в доме совсем один. А возможно, это был лишь обман смыкающихся от смертельной усталости глаз. Возможно, он и вовсе не поднимался с пола и так и остался лежать там. Как бы то ни было, сон это был или явь, но теперь судьба Тао уже никак не связывала его с товарищами по несчастливому отряду.

—....Но теперь Тао все понял, о да... —с трудом прохрипел воин, волоча ватные ноги в неизвестном направлении. —Ты был прав, друг мой. Наша деревня, наша мечта...
Яркий солнечный свет больно ударил в бледно-серое лицо воина. В одной руке он крепко сжимал рукоять катара, в другой последний медальон богом забытой деревни.
—Тао Куг больше не с вашим отрядом! Тао Куг больше не с вашей страной! Тао Куг больше не будет обманут и опозорен! Предки Тао улыбаются глядя на него. А вы... недостойны даже знать своих предков.
С гневом ударив себя в изуродованную грудь, Тао в отчаянной ярости бросился вперед. На мгновение солнечный ореол скрылся за ливнем из стрел. А потом Тао уже ничего не видел.

"Где же ты, друг мой?" —напрасно вопрошал Тао, но все что он видел, было лишь его собственным отраженьем на водной глади.