Поближе ознакомившись с догматами божеств основных, Лейла пришла к неутешительному выводу что большая часть из них была противоречива, неоднозначна или странно смотрелась в контексте действия, либо же бездействия, самих небожителей. Слишком уж человечными и неидеальными они ей показались, даже если она видела ценность в тех или иных моментах их учений.А в божественности семерых тайманийка и вовсе откровенно сомневалась, уж больно всё это походило на мистификацию и попытку вознести своих лидеров над простыми смертными, протолкнуть желанные идеи всеми правдами или неправдами. Да и затруднительно с ними было понять что же отделяло просто могущественного человека от обладателя божественного статуса. Где проходила эта граница? Включала ли она в себя что-то ещё? Справедливо ли было, в таком случае, считать за богов особо древних обитателей Лунира? Но, даже если принять за факт что Семеро божественный статус получили, это лишь означало потенциальную возможность для любого человека повторить их подвиг. Возможно и Семеро следовали чьему-то ещё примеру, просто менее известному в Лафрении. В таком случае, они могли бы служить хорошим вдохновением для любого жаждущего раскрыть свой полный потенциал смертного... не запрещай Культ Семи подобное. Очередное странное, ненужное и весьма противоречивое ограничение. И не то что бы Лейла особо грезила божественным статусом как таковым, но запрет на изучение подобного феномена, вознесения смертного до статуса божества, дискредитировал в глазах тайманийки близкие ей в остальном идеалы Инвидии. 
Подобные размышления, постановка всех этих догматов под вопрос, и подтолкнули девушку к осознанию одного простого факта — догматы Риши оказались ей ближе всего. По сути своей, единственное чего они требовали, так это сознательности, умения критически оценивать действительность и определять самому что тебе ближе. Понимания того что люди и боги, по сути своей, не идеальны.