- Страсть какая, - наконец проговорил Зейкин. - Правильно считается - море враждебная для нашего сухопутного человека стихия, одному дьяволу известно, что там внутри попадется. Никакой король, ни шмолдун его проконтролировать не может, и черт те знает, что там под толщей в глубине. Мож рыболюды с целым городом, или такие как жижа наш, или те гниды на реке. Ты, браток, счастливый человек, что до седых мудей дожил и столько историй имеешь. Я сам не робкого десятка, но в океан - ни ногой. На древесной посудине, туда, откуда и берега не видно? Ну его нахер. Утонешь - и на том спасибо, а ну как на зубок кому попадешься. Или совсем уж застанешь непредставимые ужасы, один взгляд на которых бросает в пучину безумия... Ты, Ген, не мореплаватель ли тоже часом?.. - оглядевшись, он вспомнил, что товарища с ними нет, и махнул рукой, в итоге потянувшись и сам за сигаретой, дабы немного успокоить нервы.