Когда "Гроза" вновь оказалась в море, капитан налил себе стакан воды и запил ею вынутую из кармашка пиджака таблетку "успокоина". Немного поежившись, он вдумчиво всмотрелся в постепенно уменьшающуюся панораму Барсины.
Санекса Римм, конечно, очень хорошо понимала море. Её справедливо было бы сравнить с русалкой или любым другим морским созданием. И людей она в свою команду подбирала таких же — талантливых матросов, людей моря, способных справиться с самой опасной и неожиданной ситуацией, будь то нападение пиратов, морских чудищ или же встреча с губителем кораблей — водоворотом. Но пусть она и была гениальным мореплавателем, способностью понимать людей и налаживать с ними доверительные отношения она не располагала. Более того, все члены команды были очень разными, каждый со своей уникальной историей и взглядами на жизнь, удержать в узде такую компанию в долгосрочной перспективе очень непросто. Прибыв в Маргел, "Гроза" почти сразу же отправилась в очередное плавание, команда и так недовольна а ещё терпеть приказы дотошной капитанши. Нет, сами приказы все были очень уместны и не были даны из пренебрежения кем-либо из экипажа, но ведь простой моряк этого не поймет. Для него факт будет заключаться в том, что ему все осточертело, а ещё и капитанша орет, которая в обычное время не спешит с тобой хоть как-либо сблизиться. Тирос покачал головой, вспоминая как он твердо решил для себя — не служить женщине. Это было ещё тогда, когда он убежал из Нижней Лунарии, а сколько с тех пор времени прошло... И он всё-равно угодил в команду к женщине. А потом ещё и выяснилось, что владелец корабля — вельфернская принцесса. 
— Нет уж, целовать сапог я не собираюсь. 
"Гроза" в порт Маргела уже не вернется. Сейчас у него был отличный корабль, вдоволь провианта и самого разнообразного первоклассного снаряжения, профессиональная команда. Самое главное, что ребята его уважали.
— Да уж, этот мир несправедлив. 
Вторая фраза покинула его уста, когда он вспомнил визит Кенширо. Капитан совсем не был уверен, что в случае схватки сумел бы справиться с ним или кем-либо другим из пассажиров, а на данном этапе матросы скорее всего не стали бы за него впрягаться против таких бывалых вояк. Скольких людей они, интересно, убили, чтобы производить столь зловещее впечатление? 
— Большая часть людей — простые живые существа, но бывают и такие... Люди, подобные лавине.
Хорошо всё-таки, что удалось обойтись без боя. Вспоминая благородный, но полный сосредоточенности и уверенности взгляд Кенширо, Тирос почувствовал уплотнение в своих штанах. 
— Жаль, что мы не встретились при других обстоятельствах. 
Вдруг в дверь капитанской каюты кто-то постучался.
— Кэп, это я! 
— Войди.
В помещении показалось голова Беримира, на лице которого читалось детское нетерпенье. Вместе с ним было и несколько других матросов разных возрастов. 
— Кэп, кэп! Я уже не могу! Ну можно же, да? Мы же уже уплыли. Уплыли же. 
— Дерзай. 
— Ребята, — теперь он обращался уже к своим товарищам, — можно же я первый буду? Можно? Можно? 
— Валяй, братан. Думаю, из всех нас ты это больше всех заслужил, хех. 
Под веселый хохот уходящих моряков лицо Тироса никак не изменилось. Они, определенно, направились в трюм, где была заключена экс-капитан, но ему до её судьбы уже не было никакого дела.