Когда путь успешно пройден и опасаться коварства со стороны проводника не нужно, Кенширо вновь берется за письмо, один из лучших способов теперь коротать время.

Пустыня

В песчаном море
Нетверд шаг иноземцев
Гибель повсюду

Совсем в другое время, совсем в иных землях, я уже держал путь в пустыню, но в Гриндании пришлось немного сменить свои планы. Однако избегнуть пустыни мне не было суждено.
В ясный день изматывает жара, в бурю невозможно идти, под ногами зыбучий песок и где-то вокруг монстры и разбойники. Здесь никогда не бывает безопасно, и сейчас я понимаю, насколько полезны человеку такие условия.
Кто не ходил в пустыне, тот не видел Юга. Проведя пару недель в Барсине, среди рабов, их владельцев и торговцев различными излишествами, я самонадеянно подумал, что понял здешнюю жизнь. После пустыни же кажется, что эту землю не понимают даже сами обитатели городов Кальцита. Едва ли многие помнят своих предков, у которых была лишь пустыня и благодаря стойкости которых они могут ездить в паланкинах и нежиться в ваннах.

Храм Ширис
Многие в Кальците поклоняются не Анузиш, а богине счастливого случая Ширис. До ее храма добраться непросто — это богиня смелых людей. Без смелости в пустыне нельзя, но если удача не на твоей стороне, не помогут ни смелость, ни сила, ни ум. Неудивительно, что эту богиню так почитают. Странно, но я ещё ни разу не видел здесь любителей азартных игр, если не брать во внимание Арену.

Ан
Проводница, очень талантливая. То, что мы ещё не сгинули в пустыне — во многом ее заслуга. Мы должны были убить для нее большого скорпиона в ходе паломничества к храму Ширис, но случилось так, что тот издох сам. Увы, наши пути разошлись на не слишком приятной ноте и теперь я даже не знаю, жива ли она.

Мелесар
Апостол пленения, работорговец, колдун — словом, мерзкий человек, и престранный. Делом своей жизни он избрал организацию какого-то нелепого представления с магической рулеткой. Милостью судьбы он обратился в прах в ходе собственной игры, хоть и успел изрядно нам навредить. Я думаю, он просто устал от собственного безумия.
Я ожидал несколько другого от апостола. Думал увидеть кого-то вроде Кингаллуды, а не такого паяца.

Призрак
Мелесар обратил меня в призрака, но судя по тому, что я продолжаю писать эти строки — все не так уж плохо. Это одна из тех вещей, которые надлежит просто принять. Утрата тела — не только потеря, но и множество возможностей. Жаль лишь, что я не философ, не учёный муж, и не могу должным образом воспользоваться приобретённой свободой от телесного.