Девушка вздохнула.

-- В такие моменты трудно блюсти надежду. Мир рушится. Человек городской внезапно осознаёт уровень своей уязвимости перед лицом опасности, и эти мысли туманом застилают разум. Не дают решиться. Не дают ничего сделать. Но подумай сам: тебе известно аж целое имя. Звезда твоего пленительного счастья ходила по этой самой маргельской брусчатке и не была столь стеснительна, чтобы скрыть, как её зовут, возможно, посещая одно место за другим. Ты знаешь её лицо. Знаешь её одежду в тот час. Если она так красива, как ты говоришь, а взгляд твой намётан лучше многих прочих, то очевидно, что не ты один её заметил. Неужели она жила здесь одна? Неужели не посещала многочисленные рестораны и магазины, а просто осталась тенью, будто и не было её?

-- С июля прошло уже немало времени, практически целая вечность. И за такой срок твоя возлюбленная так и не оставила после себя следа? Это невозможно. Не то что маловероятно, я уверена, что это абсолютно невозможно. Иностранка или местная? Если местная, то вдвойне невозможно. Если иностранка, то либо уже стала местной, либо уехала в ту страну, откуда родом, потому как стрелки часов повернулись уже много тысяч раз. Я думаю, что заняться поисками... Далеко не бесперспективно.