Вытерев слëзы, Беата неуверенно берëт у Гийона пузырëк с прахом. Держа его в ладонях, она складывает руки в молитвенном жесте.
 - Мать-Анузиш, животные ведь тоже твои дети... Пусть он покоится с миром. Пусть там, где его душа ждëт возвращения, у него будет вдоволь свежего молока, самого вкусного корма, самой мягкой травы и самых шуршащих игрушек. Пусть его следующая жизнь будет самой счастливой и беззаботной. Присмотри за ним... У тебя это получится лучше, чем у нас.
Она переводит взгляд на то, что осталось от Мистериуса.
 - Передавай привет Айко и Зорице, хорошо? Если их там встретишь. Нам их очень не хватает. И надуй Рафаэлю в тапки. Если они у него там есть.
Она улыбается сквозь слëзы и возвращает Гийону прах кота. Потом подходит к Килике и осторожно обнимает еë, стараясь не сильно вторгаться в личное пространство.
 - Мне очень жаль, - шепчет она, глядя на Белика.
Эрефии она обнимает крепче и смелее.
 - Я знаю, что тебя трудно сломить чужой смертью... Но ты не железная. Пока что, - она грустно улыбнулась, - пусть и делаешь всë,чтобы таковой стать. Я видела, как ты смотрела на Эклипса... Мне жаль. Он был замечательным.