Тёмные Земли, часть 5, финальная
Никто не будет это читать, но я всё равно написал.
Оглавление
(скопировано из поста со статками)
Асугухский дневник
Первая запись
Вторая запись
Третья запись
Список дел
Пятая запись
Шестая запись
Седьмая запись
ДР
Песня
Восьмая запись
Эссе
Девятая запись
Десятая запись
Одиннадцатая записьПросто бонус, случайная каноничная картинка
Сам дневник, часть 1
Моё воссоединение с друзьями, увы, было весьма жёстким... Я нашла их в ущелье, сражающимися с паукообразными монстрами с человеческими телами. Один из них, арахна, прямо на моих глазах поедала неизвестного мне человека — видимо, новый союзник, вдохновлённый Героем Истока. Оставшимся было явно непросто, так что я постаралась отвлечь часть монстров на себя, и хотя преуспела, довольно глупо вляпалась в паутину. Выскочила из неё босой — и всё равно вляпалась в другую... Если бы мои славные союзники хоть чуть-чуть задержались со своей частью врагов, боюсь, я бы не писала эти строки.
Герой Истока выглядел уставшим: очередная смерть явно плохо на нём сказалась. Вроде бы мы были живы-здоровы (относительно, вот бы мне ещё вылечить зомбификацию), вроде бы продолжали, но он по-видимому ощущал себя человеком, ведущих других на смерть, и даже поклялся в ту минуту, что больше не станет пополнять отряд. Не знаю, насколько это было разумным решением, все павшие бойцы всё равно внесли свой вклад, а остальные так и так продолжали рисковать жизнями ради неясной, но столь желанной перспективы всё исправить. С человеколюбивой точки зрения, конечно, Героя я понимала. В противовес ему, Стантри и Мешера пусть и грустили каждый в своей степени, но продолжали с любопытством взирать вокруг, изучая, наблюдая явления, ради которых они здесь и были. Совершенно другой подход.
Разница в наших личностях проявлялась во многих ситуациях и деталях, и хотя я раньше никогда не была той, кто интересовался другими людьми, но что-то в этих троих меня влекло и меняло. Наши выстраивающиеся отношения казались мне примером идеальной дружбы, которую так просто нигде не найти, и несмотря на периодически накатывающую на Героя грусть, каждый день казался живым и наполненным смыслом, даже если мы не преуспевали в своих приключениях так как хотели. Конечно, на тот момент я это так не осознавала до конца, просто жила и чувствовала. И не только я их ценила, но и меня ценили.
Один из эпизодов. В Тёмных Землях было множество культистов: видимо, загадка Обелиска заставляла людей сходить с ума и обращаться к кому ни попадя для того, чтобы чувствовать себя уверенней посреди местных опасностей. После тяжелейшего сражения с ними, когда нам пришлось и заложника спасать, девушку, которую хотели принести в жертву (жаль, не принцессу!) — даже как-то удивительно было услышать от Героя, что он меня любит. Я, стоя в крови культистов, со спасённой в последнее мгновение девушкой в руках, только и могла заметить, что это естественно, ведь я самая быстрая в отряде. Он и сам, выдержавший основной натиск противника, отлично себя показал. Кажется, правда, что мой комплимент не так его подбодрил, как он подбодрил меня, ведь я, ребёнок одиноких пустошей и подражательница рыцарям из книг, ещё только училась красиво говорить на деле. В общем-то училась этому, в том числе глядя на него, и надеюсь, Герой моё несовершенство в слове понимал, потому что иначе мне показалось бы, что его плечи опустились и голова поникла, будто наш лидер чему-то расстроен.
В другой раз мы занимали большой пустой дом, который, благодаря поселившимся в нём мимикам, оказался довольно уютно обставленным, не тронутым руками мародёров. Чем-то мне напоминал мою собственную усадьбу. Мешера была очень рада предоставленному ей редкому шансу на комфортную обстановку и первым делом наполнила ванную, Стантри с удовольствием для себя обнаружил парочку интересных аномалий, а мы с Героем пошли в винный погреб, место столь редкое и ценное, что обнаружить подобное нетронутым в Землях, казалось, практически невозможно. Выбрали лучшее вино, пришли в гостинную — наши друзья ждали нас там, явно что-то обсуждавшие, потому что наша учёная сразу же задала мне вопрос: "Эрефир, представь, что некий неизвестный тебе вооружённый человек входит в эту самую дверь этого самого дома, а ты здесь одна. Зло смотрит на тебя, и запирает дверь изнутри. Ты по некой причине лишена оружия и доспехов, и достать их уже не можешь... Да, я знаю твои привычки, но, учитывая наш опыт, вероятность ведь не нулевая? Таким образом, тебе доступны только предметы в этой комнате, если решишь ими воспользоваться. Что ты будешь делать? Научный интерес, как бы ты отреагировала."
Может, не совсем такие, но многие умные разговоры мы с Мешерой нередко вели, так что я не сильно удивилась и оглядела убранство.
— Думаю, обезвредить недоброжелателя можно, если он не мастер. Например, флагшток (речь шла о геральдическом флаге) по балансу будет от двуручного меча не так уж и далёк, и наконечник острый, им и проткну, как колющим.
— Так. Ещё варианты?
— А что с предыдущим? Выжил?
— Нет, ну допустим, здесь нет этого флага.
— Мммм, серебряный канделябр хоть и не оружие, но тяжёл. Пока меня запирают, затылок злодея будет какую-то секунду уязвим, должно хватить для атаки.
— Ещё?
— Кочергой по тому же принципу.
— Ещё варианты?
— Напольное зеркало — как оружие среднее, но зато заменит щит, а когда разобьётся о лицо злодея, порежет осколками. Дальше главное не подставляться и постепенно за несколько ударов плашмя добить, пока оправляется от порезов.
— Так, давай ещё...
— Кресло схватить за спинку и с разбегу прижать... Нужно чтобы рука оказалась зажата, а деревяшка впилась в шею, тогда можно сразу и задушить, но это требует хорошей координации.
— Что-то совсем другое можешь?
— Другое? Ну вообще да, можно ведь облить маслом из горящего фонаря! Или резко вытащить из-под него ковёр, ну а дальше дело техники. Мммм, если это тоже нельзя, то...
— Понятно. А как бы ты на её месте справился? — неожиданно спросила Мешера теперь уже Героя Истока.
— Я бы... Учитывая своё положение, я бы попытался решить дело дипломатией. Думаю, что на месте Эрефир мог бы догадаться о намерениях неизвестного, и о том, как к этому пришло, и сказал бы... Нечто подходящее. Хотя я вполне понимаю, что мои слова не всегда затрагивают струны людских душ, да и часто бывает, что никакие слова не могли бы помочь, ведь большинство людей, если решаются на злое, то уже слишком отчаялись внутри, чтобы поворачивать назад. Даже по недавним культистам здесь мы это видели. Да, — улыбнулся он грустно. — Я бы всё равно был бы рад попытаться его убедить словами, раз уж убеждающей силы оружия и фантазии Эрефир у меня нет, в конце концов это мой талант. Ну а нет — надеюсь, мне повезло бы пережить эту встречу за счёт природной стойкости, как много раз везло до этого.
На этом моменте Стантри не выдержал и рассмеялся, а Мешера улыбнулась.
— Всё-таки вы оба безнадёжны.
— А я тебе говорила.
— Ну да, теперь я убедился, отличный тест. Я лично сомневался, но ты определила их точно.
— Если что, Эрефир, Герой, очевидный правильный ответ на эту загадку — побег в открытое окно, — она показала рукой. — Но вы оба даже не подумали об этом... Это потому, что наша Рыжая Фурия рассматривает побег как тактическую опцию, а не стратегическую, она не любит проигрывать, и в принципе не успокаивается, пока её враг жив. Потому предпочтёт решить всё на месте, в крайнем случае вернётся за своей победой позже. Даже сейчас, с нашим обсидиановым чудищем "дрекаваком", я вижу, что ты думаешь, как его победить в следующий раз, хотя мы ещё и не уверены, что встретимся, верно?
— Не будь я с тобой знаком, решил бы сейчас, что это некая форма социопатии, хаха, — высказался маг, что меня, признаться, несколько кольнуло, несмотря на то, что наверняка было дружеской шуткой.
— Ну а ты, Герой, — продолжила исследовательница. — Патологически жаждешь выглядеть красиво. Если у тебя есть более надёжный, но не слишком красивый выход из опасной ситуации... Впрочем, ты мог бы на это решиться, если бы в помещение вошёл монстр, а не человек, но твоя вера в людей и желание им помочь ставит в этом последний штрих.
— По-моему, меня считают наивным идеалистом, — сказал лидер.
— Ты именно что наивный идеалист, даже если на рациональном уровне пытаешься избегать наивности в поступках, — уверенно заключила Мешера. — Отдельные эпизоды, как и такие вот тесты, тебя с головой выдают. Впрочем, какие бы вы все ни были, я не просто так согласилась с вами работать, в каком-то смысле вы лучшие из худших, и это по-своему замечательно.
— Наверное, таким чудакам на роду и написаны большие дела, — закончил этот разговор Стантри.
***
Увы, наши мирные тихие деньки уже подходили к концу. Несмотря на всю накопившуюся за долгое время подвигов усталость, несмотря на смерти товарищей (и даже одной ситуации не лучше смерти, что произошла с Дейтом), несмотря и на то, что не более половины вылазок и попыток помочь местному населению выходили для отряда Героя Истока успешными, а в остальных случаях мы позорно отступали или же всё проваливали... Видя как монстр или разбойники уже успели разорить всё, что было можно. Наблюдая, как очередная аномалия превращает надежду в отчаяние. Гонимые порой и теми, кому сумели хоть как-то помочь, потому что местный шаман непонятного нам божества увидел в Герое конкурента своей власти.
Несмотря на всё это, надо было продолжать. Наш долг был не только в попытках локально менять Тёмные Земли, мы искренне хотели поменять их целиком и полностью, устранив сам корень проблемы. И да, согласно проведённым ранее исследованиям, способ остановить утечку магии... Был! И вот как мне его изложили.
В прошлый раз, когда мы сражались с дрекаваком недалеко от энергетического столпа, Стантри удалось создать портал для сброса излишка энергии, но увы, оный был нестабилен. Контраст, создаваемый мощным магическим потоком легко разрывает соответствующую структуру, и, как я поняла, даже попытка использовать саму магию Тёмных Земель для поддержания прохода недостаточна для стабилизации, так как со временем магический ветер в пустое пространство захватывает сам себя и растёт в силе. Потому Стантри и Мещера совместно разработали сложную техническую схему нового устройства, которое должно было открывать тороидальные порталы и одновременно создавать на границе оных специальные вихри, удерживающие поток — задумка без преувеличения волшебная! Они назвали устройство ТОКОМАК: тороидальный космо-магический коллапсар.
И эта схема была невероятна, но — всего лишь схема. И у её реализации вживую было небольшое затруднение, ТОКОМАКу требовался материал минимум в сто раз крепче алмаза, и при этом магоактивный: единственная возможность сделать контур, который будет функционален и проработает сколько-то времени... Увы, не надо быть кузнецом, чтобы понимать, что таких сплавов в природе не существует, и даже помыслить о подобной технической дерзости невозможно. Иначе говоря — это был вызов! И по всеобщему настроению очень было похоже, что вызов мой личный. Перво-наперво, конечно, на переплавку пошли кусочки от множества различных металлических артефактов, которых нам повезло найти, но ничего удовлетворительного из этих первых опытов не вышло. Нам нужно было расширять круг поисков — и в каком месте мы могли бы найти самые плохо изученные, самые парадоксальные аномалии и в самом большом количестве?
Очевидный ответ — либо в Сердце, либо к одному из других, вторичных источников утечек магической энергии, для краткости — просто "брешей". Рисковать снова идти туда, где монстр нас чуть не убил в прошлый раз, мы не стали, решили отправиться по другой наводке.
***
"Пляшущая башня". Издалека казалось, что это и есть брешь, но действительности подобные догадки не соответствовали, ведь сами по себе бреши обычно окружены кучей других аномалий, перекрывающих непосредственное наблюдение. Эта же башня когда-то была целой иллинарской крепостью. Аномалия удивительным образом вытянула камни её строения вверх, закрутила, и превратила в огромную гротескную скульптуру, которая медленно, еле заметно глазу, качалась туда-сюда. Внезапно, прямо перед нашим взором, верхний этаж отделился и, помедлив, упал на ближайшие шипастые скалы.
— Надо же, теперь это не самое высокое здание в Иллинаре, — нарушила молчание Мешера. — Не будь мы людьми просвещёнными, можно было бы решить, что это плохая примета. Ну что, идём?
— ... — молчание принадлежало в этот раз Герою. — Знаете, друзья... На последнем привале мы со Стантри немного поговорили, и я принял решение. Дальше идём только мы двое.
— Что? — похлопала глазами наша учёная. — Ты ведь не серьёзно?
— Извини. Я осознаю, что одной этой фразой мог всерьёз пошатнуть доверие, которое зарабатывал у вас с Эрефир весьма долгое время. Без сомнений, вы тоже хотели бы открыть своему взору эту новую область и получить соответствующий опыт. Однако... Этого несомненно требует рациональность. В случае угрозы, как показывает прошлое, даже наш отряд едва ли справится с тем, что таят в себе бреши, однако, меньшим числом людей будет проще скрыться или убежать. Того более, Стантри на самом деле поделился со мной, что хочет отправиться один, но, учитывая его не лучшую выносливость, такого я не могу допустить. Сам же, благодаря иммунитету, рискну сказать, что мне менее других что-либо угрожает. Эрефир, Мешера, вы стали для меня слишком ценными союзниками, поэтому...
— Ценных союзников тебе туда, где солнце не светит! — тут на самом деле использовалось другое выражение, которое я скромно опускаю. — Как же ты опустился в последнее время, но я даже подумать не могла, что настолько! Серьёзно, ты нас жалеешь?! Стантри, а ты-то?
— Мешера, я честно не хотел даже чтобы туда шёл наш Герой, но ты всё усложняешь даже сильнее. Это вылазка будет куда быстрее, чем прошлая, наш лидер просто сгущает краски, мы справимся.
— Тогда почему?
— Потому что даже если сработает условный 10% шанс, что всё пойдёт не по плану, наша численность нам не поможет. Оставайтесь в тылу.
— Мешера, — Герой посмотрел внимательно подруге в глаза. — Ты очень нужна нам. Без тебя ни о каком анализе находок не может идти речи. Также как Эрефир, — в этот раз взгляд в сторону меня, стоявшей в замешательстве. — Я рассчитываю тебя как в охране нашей общей подруги, так и в кузнечном таланте. Никто, кроме тебя, не сумеет сотворить детали ТОКОМАКа. И, хотя обычно мы принимаем решения вместе, позвольте в этот раз решить мне самому. Также как я доверяю вам, прошу довериться мне на этот раз, — и он склонил голову.
— Доверяешь ли? — нахмурила бровь учёная, но сдалась и отпустила.
— Надеюсь на подробное описание по возвращению, — твёрдо сказала я. Не стала испытывать судьбу и пытаться переубедить, уж слишком часто в моей жизни бывало, что Вселенная сама намекает на верные решения. Помочь Герою хотелось в этот момент больше всего, это правда, но я чувствовала общее настроение, не имела аргументов, и не хотела усложнять. Должна также сознаться, что после всего пережитого, во мне возникло наивное внутреннее убеждение, якобы основной костяк нашей команды практически бессмертен — что с ними могло произойти опаснее уже пережитого? На рациональном уровне, конечно, опасалась, слишком уж конкретная ситуация разделения была необычна, ещё и инициатор Стантри мог иметь какие-то скрытые, невысказанные соображения. Но... Как-то так даже у нас повелось, я не спорила с лидером. Таким образом, наши пути разделились.
На прощание Герой зачем-то отвёл меня в сторонку и что-то немного нервно пытался сказать, наверное, беспокоился, что мы пойдём в какую-нибудь безрассудную разведку. В последний раз я его успокоила, и взяла слово, что они тоже будут осторожными.***
Сам дневник, часть 2
Остаток дня, и ночь за ним, и следующий день прошли без происшествий. Мне правда думалось, что Герой и Стантри уже должны были вернуться к Пляшущей Башне примерно к этому моменту, но они задерживались, и нам с Мешерой предстояла очередная ночь в лагере с попеременной сменой караула. Первая стража была за ней. Приятная была ночь, ужасно романтично было засыпать там на пригорке под открытым небом, слушая завывания магических ветров и лай потусторонних сущностей.
Не знаю, сколько я спала, но вдруг меня заставила проснуться подозрительная тишина. Быть может, я не настолько чутка, но когда долгое время странствуешь с друзьями, начинаешь на каком-то уровне ощущать их, как бы те ни старались не мешать тебе дремать: это и характерные шаги туда-сюда, и периодические вздохи, а кто-то вроде Мешеры ещё может вдруг захотеть достать перо и бумагу, чтобы записать внезапно пришедшую в голову мысль или теорию. Пусть и не было какого-то шума, не срабатывали наши растяжки против монстров, и никто не поднимал тревогу, но даже так, сквозь всё тот же ветер, каким-то нутром стало ясно, что беда заявилась под порог.
Стоило мне вскочить со своего ложа, как среднего размера камушек ударился туда, где долю секунды назад находилась. Разбился, и будто пропал. Прилетел же он со стороны тёмной эльфийки, которая, совершив агрессивное действие, тут же снова совершила попытку спрятаться — и успешную, к тому же. Атакующие из засады всегда были опасным типом противников, и, не стой там вопрос судьбы Мешеры, я бы не стала играть по правилам, попросту сбежав. Проблема была в том, что нашей учёной нигде не было видно, и только эльфийка могла дать мне ответ, или же победа над ней... Я постаралась увеличить дистанцию и прикрыть спину стеной. Некоторое время ничего не происходило, а потом вместо ожидаемой атаки мне удалось различить тихий шёпот. Ритуальная магия? Меня пробрали по коже мурашки, когда вслушалась: судя по всему, шептали ни что иное как моё имя.
Взмах меча прервал планы злодейки, которой я никак не могла позволить продолжать. При осмотре эльфийки и окрестностей я поняла, что Мешеры по-прежнему нигде не было, зато были найдены две соломенные куклы, а также подозрительный мешочек с камнями... Касательно первых, похоже, родители мне не соврали, что наделили меня скрытым именем: интересная с их стороны предосторожность против проклятий, даже прочитавший мои мысли чародей, не мог надеяться получить надо мной полную власть с помощью чего-то вроде такой вот куклы. Даже я сама не знала своего третьего имени, в конце концов. Подобная мера на первый взгляд кажется не более чем древним дворянским суеверием, но у меня нет другого объяснения, почему проклятие явно подготовленного врага — не сработало.
Камни же были похожи на те, которым в меня кинули. У меня не было лучше способа проверить его работу, кроме как кинуть в тёмную эльфийку — и, к моему удивлению, она тут же исчезла. И всё же, вместе с тем появилась пища для предположений.
Наблюдали ли за нами люди-невидимки? Если так, то можно было объяснить и осведомлённость об именах, и капли крови на куклах, но никак не выбранное время (зачем было ждать больше суток с момента разделения отряда?), ни сам способ атаки, ведь яд или бомба были бы надёжнее... Что-то не по плану пошло у Героя и Стантри. А значит, поскольку сделать я ничего очевидно не могла, пора было собирать вещички и отправляться в сольное плавание, не ожидая возвращения недоброжелателей...
Ведь никто ещё не выживал на пространствах с дикой магией. Только у Героя была такая особенность. Я же — всего лишь рыцарь. Доспех прикрывает меня от того, от чего может, всего остального же я просто избегаю. Это основы этих мест. Их не изменить. И никто в здравом уме не станет пытаться.
Так ведь?
Но что меня ждёт, если сейчас надену на спину мешок и просто уйду? Что останется от тех последних месяцев, когда я, вопреки практически всей моей зрелой жизни, была кому-то нужна? И кто-то другой был нужен мне? Когда я не была сама по себе, в гордом и глупом одиночестве? Когда из дикаря, благодаря действительно хорошим примерам, оформлялось подобие личности, человек, который не только лишь выживает, но также, пусть не много, но чувствует? Много лет до этого моё лицо не трогала улыбка, но недавно, смотря в окно очередной лачуги, я слегка испугалась: ведь та рыжая девушка в отражении отчего-то заливалась смехом. Будто бы была и не мной вовсе...
Если Герой и Мешера были всё ещё живы, и они в эту минуту нуждались во мне настолько же, насколько я в них, то, откровенно говоря, даже 99% риск смерти того стоил.
Подождав самого прекрайнего срока, наутро я отправилась к бреши.
***
Сначала было покалывание в пальцах, потом и по всей коже, и доспех не помогал. Потом то тут, то там — будто удары, а иногда порезы, иногда — будто не хватает воздуха, а потом — будто опьянение. Сие место намекало мне повернуть всё настойчивее, но я упорно шла.
На минуту все чувства стихли, и в то же время меня настигла тревога, захотелось спрятаться перед особо сильной бурей. Камни здесь не были особо большие, так что, конечно, моя отчаянная попытка не спасла от последовавшего магического шторма. Всё тело выворачивало, рвало на куски, и вовсе не в фигуральном смысле, я слышала трекс костей, и кровь брызнула из всех щелей, а левую ногу куда-то отбросило, и внезапно лишившаяся соков неестественно болтающаяся правая рука готова была повторить ту же участь. Та точка, где я была — всего лишь половина пути, но теперь мои последние надежды таяли на глазах, они покрывались трупным налётом, словно моя отделившаяся конечность покрывалась в этот миг.
Лишь чудо или невероятное совпадение могло бы меня спасти. Интересно, что у Стантри и Мешеры когда-то была парадоксальная гипотеза на этот счёт: иногда было похоже, будто магия Тёмных Земель что магия джинна, была способна дать тебе то, что ты больше всего желаешь. Уж слишком невероятны бывали наши ситуации в тех краях.
Да. Решение моей смертельной проблемы и правда всё это время было у меня прямо под носом. Прямо на шее. Мне надо было всего лишь, пересилив боль, сорвать с себя амулет.
***
Холодный взгляд Стантри сменился удивлением, и даже мимолётным страхом. Он-то стоял под защитой своих барьеров, защищаясь от массивного энергетического столба неподалёку. Да, в разумной мере наготове, но явно не ожидая того, что придёт к нему снаружи.
— Не иначе какая-то визуальная аномалия, — зажмурился он на мгновение.
— Не скрою, мне выгодно, чтобы ты так считал, если это усыпит твою бдительность, — ответила я.
— Какая же дичь! Нет, я и раньше считал тебя бешеной... Хотя шансы были, может, даже лучше, чем 50 на 50, учитывая, что зомбифицирующая болезнь — это скорее всего одноклеточные грибы. Подобные организмы действительно очень быстро умеют приспосабливаться к магии, как и регенерировать даже в нестабильных условиях, а обруч спас сознание. Думаю, что у тебя сейчас что-то вроде собственной иммунной системы, ценой твоей человечности. Вот бы изучить этот феномен...
— На самом деле влажности здесь маловато, так что для длинных бесед чувствую себя не очень, — сказала зомби-я. — Была бы благодарна, если бы ты просто сдался и сказал, куда дел Героя и Мешеру.
— Хм? И откуда такая уверенность?
— А я и не была. Наличие предателя неплохо объяснило ночное нападение, но эта была всего лишь версия. Однако, теперь...
— Понимаю. Ну, Героя ты, в общем-то нашла, — внезапно лежавший рядом со Стантри непонятный валун поднялся, и стало ясно, что это был голем, у которого из спины торчала голова нашего лидера, выше рта. Очевидно, что остальное тело было внутри. — Но возможно, нам не надо торопиться? Не скрою, ситуация для меня вышла неожиданно неприятная, да и в качестве лабораторной лисички ты была бы мне интереснее, но пространство для обсуждения у нас есть. Так вышло, что Мешера, если только Джифа правильно сделала свою работу, сейчас телепортирована в моё тайное место. Да и в целом я не злодей, как ты могла бы подумать. Просто мои цели были отличны от ваших идеалистичных, видишь ли, я работаю на Иллинар, и хотел бы, чтобы моя страна всё же оправилась от полученного шока, научившись использовать энергию Обелиска. Нет, на самом деле я тоже в своём роде идеалист, просто мы разошлись во мнениях, — кивок в сторону Героя. — Волей-неволей пришлось придумать, как повернуть ситуацию в свою пользу. Ты ведь поступила бы также, будь на кону нечто для тебя важное? И, как наёмница, ты всё ещё можешь — Мешера в обмен на Героя, плюс, ты и сама, как понимаешь, остро нуждаешься в помощи, если только зеленокожесть тебя не устраивает. А я бы был не против, чтобы на меня не нападали с этим твоим дрыном...
— Но тогда Герой? И как ты планировал построить ТОКОМАК, обращаясь против нас?
— Да, неудобный вопрос. Что ж, я просто рассчитывал, что получу вас всех, тем или иным способом, хотя теперь уже нет. Каким образом в случае вашего несогласия — можешь поинтересоваться у Джифы. В конце концов, тот инцидент, из-за которого она "пропала", был её виной, слишком уж была подозрительной, стала вынюхивать что-то...
— Кхм-кхм, но как бы то ни было, Герой мне необходим. Он ключ к совершенной защите от дикой магии, и не только от неё, и у меня самого нет ни малейшей идеи, как симулировать его способность. Точнее, _теперь_ я увидел нечто функционально подобное, но не обижайся, твой способ слишком уж экстремален, Эрефир. Без навыка же Героя, хотя и можно в моём представлении научиться манипулировать энергией Обелиска, военное применение видится крайне затруднительным.
— В общем, свои цели и возможные уступки я обрисовал. Отвратительно, конечно, такие кадры, как ты и Мешера, но рисковать и упираться рогом ради идеальной концовки, в отличие от некоторых, я не стану. Ты, Эрефир, как мне кажется, тоже обычно мыслишь рационально, и хорошо оцениваешь ситуацию, разве что обруч ускорения перестал справляться с чересчур подгнившими мозгами, — пожимание плечами.
— Ясно... Интересное предложение, но как оно учитывает то, что с недавних пор доверие к твоим словам отрицательное, Стантри?
— Надо же... Я думал, ты оценишь, что несмотря на двойную игру, я в сущности никогда вас не обманывал, — улыбнулся маг. — Я собирался сказать, если ты проявишь интерес. Всё просто, вот эти прелестные камешки, — демонстрация уже известного мне предмета. — Как ты могла догадаться, а могла и нет, являются одноразовыми телепортирующими устройствами в хрупкой оболочке, которая ломается при ударе и высвобождает эффект. Уже взяла такой? Можешь им воспользоваться, и телепортироваться в мою лабораторию, точнее, в одну из случайных запертых камер. Ключ, магический, я дам, пароль от охранных големов — тоже. Надеюсь, ты будешь человеком чести и не станешь там всё разносить, тебе ведь нужна только Мешера, верно?
— Всё ещё неубедительно. Например, всё что угодно ты можешь отдать в качестве ключа, пользуясь моим незнанием.
— Знаешь, я мог бы просто не говорить, либо о ключе, либо о големах, если бы так уж хотел обмануть, и это бы звучало всё ещё убедительно. Мне кажется, что тебе просто придётся мне довериться в этом деле, ведь у меня буквально на руках множество инструментов, чтобы сделать жизнь твоих друзей сложнее, а из твоих козырей я вижу лишь чумной дрын. Не скрою, что частично самой возможности этих переговоров ты обязана тем, что я к тебе хорошо отношусь...
Нет, мотивация почти наверняка была иная, но я не стала возражать.
— Резонно, и всё же я люблю перестраховываться, Стантри. Ты и сам знаешь, верно? А потому ещё один вопрос: возможно, ты уже закончил свои дела здесь?
— Не понял... Это такая завуалированная угроза?
— Вовсе нет. Ты и так, и этак собираешься в скором времени отправиться в лабораторию, верно? Мы можем воспользоваться одним и тем же телепортом? Тогда, что бы ни было на той стороне, ты сам решишь эти проблемы, находясь у меня под боком, при этом заложников ты не лишаешься. Героя вместе с големом можно, как понимаю, перенести с помощью другого камня.
— Понимаешь, Стантри, хотя ты и джентельмен, по нашему общению, я в принципе слабо верю в договора без удерживающих факторов. Ну а так — у каждого из нас таковые будут под боком, никто ничего не теряет, идеальная почва для сотрудничества, и минимум рисков. Если наша с тобой былая дружба что-то для тебя ещё значит, как ты говоришь, то я надеюсь...
— Достаточно. Признаться, точное твоё предложение меня бы не устроило, ведь спускать глаза с нашего Героя даже на минуту я бы не хотел, но, к счастью, у меня есть с собой телепорт с большим радиусом, прямо в главную комнату. Так что технически не вижу с этим проблем, перенесёмся все вместе, так даже проще, чем отдавать тебе ключи. Касательно моих дел здесь, я как раз заканчивал, — Стантри указал глазами в сторону второго голема, который возвращался к нему с большим контейнером для артефактов. — Скажи теперь прямо, ты готова на соглашение, Эрефир Линэль Дарвенинг?
От интонации, с которой произнеслось моё имя, меня внутренне передёрнуло.
— Ты беспрепятсвенно отдашь мне живую и невредимую Мешеру, и позволишь нам уйти. В этом случае я не собираюсь причинять тебе вреда. Стоит мне убедиться в ином — всё аннулируется.
— И не будешь пытаться освобождать Героя?
Я взглянула на своего настоящего друга, и мы встретились глазами. Сложно сказать, что он чувствовал в этот момент, но я будто бы увидела там и скорбь, и даже благодарность. Он... Ценил наши с Мешерой жизни более, чем свою собственную. Иногда хотелось его за это словесно отругать, и в тот раз даже особенно. Ах да, было кое-что ещё. Герой явно махал глазами из стороны в сторону, как бы говоря "Нет!"
— При соблюдении условий с твоей стороны, не буду пытаться, — наконец, сказала я, переведя глаза на Стантри.
— По-моему, между нами гораздо больше общего, чем различий. Жаль, что скоро будем расходиться врагами, — ухмыльнулся он, доставая телепорт. Я подошла ближе, обдумывая варианты, как можно по-быстрому сломать защитные барьеры Стантри или как-то иначе убить. Возможно, он заметил, потому что ухмыльнулся ещё шире, кидая артефакт на землю с характерным трескающимся звуком. Окружающий пейзаж на мгновение поплыл.
Конечно, всё это время Стантри мог попросту сбежать от меня ровно тем способом, который мы сейчас использовали для перемещения.
После ярко освещённой из-за бреши местности, тусклый свет лаборатории едва позволял в первую секунду увидеть окружающих нас големов.
Конечно, Стантри не стал бежать, а разыграл всю эту сцену, так как сильно нуждался в лучшем кузнеце Земель, а неуёмное любопытство к моему новому состоянию только раскочегарило его.
— Знаешь, Эрефир, я, кажется, забыл, но у меня всё-таки есть волшебный щит, и он ведь пару твоих ударов выдержит? Раз так, давай немного поменяем усло...
Он не договорил последнее слово, потому что я отскочила, кинув ему под ноги весь свой мешочек с камнями-телепортами. Кажется, их там было четыре штуки. По правде, мне не хотелось устраивать подобную жестокую расправу над бывшим другом, но лучше идей не было, учитывая как щит от урона, так и заложника, так и численное преимущество врага: и последние два фактора всё ещё оставались.
Стантри успел дать команду своим големам, а, может, они и без того восприняли меня как нарушителя, и теперь мне предстоял бой в закрытом помещении против крайне крепкого противника. Лучше, чем отправиться прямиком в запертую тюремную камеру, но далеко не идеальный вариант. И всё же, теперь я думала, что, если постараюсь, сумею спасти всех.
Не думала я, что спасение потребуется мне самой. Моё заражённое, неживое тело отчаянно не хотело ложиться под градом ударов, но и костолом плохо брал големов. Я не была подготовлена к соответствующему сражению, никогда раньше Стантри не демонстрировал, что умеет управляться с чем-то подобным. А, может, это был и не он, а кто-то ещё? Хуже всего, освободить себе на подмогу Героя раньше окончания битвы не представлялось возможным, а удерживающий его голем был чем-то вроде босса, он постоянно пытался оглушить меня издалека чем-то вроде землетрясения.
Я была уже на грани, когда внезапно услышала крик, и душа у меня совсем ушла в пятки. Герой... Каким-то невероятным усилием, похоже, сумел освободить рот из глиняного плена. Он ведь не мог надеяться этим криком бросить вызов големам? Увы, именно это он и сделал, его таланты воистину не поддавались научному объяснению.
Големы как бешеные начали молотить по спине великана, заставив последнего отбиваться от неожиданных предателей, в итоге большая часть из них вскоре превратилась в груду расколотых черепков, оставшихся же мне удалось добить самой. Достигнуто это было, увы, дорогой ценой, ведь большая часть Героя Истока превратилась в кашу. Любой другой на его месте уже отдал бы душу, но на какой-то невероятной силе воли мой спаситель всё ещё дышал, и даже находил в себе силы улыбаться.
— Аквилий... Агис... П., — прохрипел он одно слово за другим.
— Это необязательно! Стоило столько времени взращивать славу своего прозвища, чтобы так легко сдаться! Прошу, продержись немного, я что-нибудь придумаю! — неожиданно вырвалось у меня, но я, похоже, лишь пуще прежнего вызвала у него улыбку. Герой хотел сказать что-то ещё, но как будто передумал, и его глаза остекленели.
Сквозь какую-то пелену я методично и довольно грубо стала взламывать магическое замки на камерах лаборатории. Да, было примерное представление, где их слабое место, и ключ благодаря грубой силе мне не потребовался... Увы, когда я открыла их все, то обнаружила только труп тёмной эльфийки, которую я ранее перенесла сама, размазанные по нескольким помещениям ошмётки республиканского мага-предателя, и Мешеру — тоже безжизненную. Словно Вселенная отомстила за мои собственные жестокие методы, телепорт учёной не удался, так как посреди камеры кто-то забыл нечто вроде пыточного устройства.
Этот финал не мог быть дальше от того, что я в детстве читала в романтической литературе.
***
И я бесцельно где-то брела. Моё собственное тело стало моей же клеткой, плюс был только в том, что зомби не плачут. Я будто собственными зелёными руками оборвала жизнь тех последних людей, которые были мне важнее и самой себя, и всего остального мира. Можно было сколько угодно находить рациональные оправдания своему непрофессионализму и слепоте, но нутро было мне непримиримым судьёй. Я, наглая рыжая лисица, жива, а они нет, вот и вся история. Этот прекрасный мир доступен моим, пусть и помутившимся, органам чувств, но мои друзья более не имеют такую привилегию.
Я вспомнила своих родителей, которых на протяжении многих лет даже не пыталась искать, хотя и лелеяла в себе надежду, что они живы. Мастера Ромсана, который совершенно точно отдал жизнь, спасая меня в детстве. Со всеми этими мыслями новообретённый облик монстра казался мне хоть какой-то компенсацией за их судьбу, хотя и не достаточной.
Не знаю, сколько дней так продолжалось. Как назло, я не встречала на пути ни достаточно сильных для добивания меня монстров, ни достаточно смертельных аномалий, хотя, пожалуй даже, к своему стыду я всё ещё испытывала чувство самосохранения в прежней мере. Во всяком случае идея просто снять обруч сознания и провалиться в неживой сон встретила во мне активное сопротивление мыслей, и не только потому, что во мне была жива воинская честь.
Внезапно я увидела прямо перед собой брешь. Кажется, это была не та же самая, что первые две мною виденные, а новая... Впрочем, с этим непостоянным ландшафтом нельзя было быть ни в чём уверенным, а маршрут я не отслеживала.
Странно, что меня сюда приманило. Или само пространство было искривлено, увеличивая шансы прийти к одной из брешей, если ходить случайно, подобно гонимому всеми ветрами листу?
Вспомнив идею о чудесах Тёмных Земель, и пользуясь своим новым иммунитетом, я решила подойти ближе. Потом ещё ближе. Скоро даже тело зомби стало явно страдать от магического потока, но во мне всё звучали эти, казавшиеся ранее шутливыми, идеи. Эта магия живая. Мыслящая. Она может воплощать не только случайные феномены, но и нередко даёт тебе ровно то, в чём нуждаешься. Победу. Озарение. Жизнь. Силу. Красоту. Друзей...
— Ну давай, энергетический столб, сделай уже что-нибудь! С моей жизнью! — сказала я вероятно самые глупые слова со времён юности. На удивление, протистоящий ветер сменился попутным, и я сумела быстро приблизиться прямо к бреши, коснувшись её тем, что оставалось от моей бедовой, разваливающейся руки.
Я не помню, что я там видела, мою память будто стёрло затем. Но по оставшемуся чувственному послевкусию — это было прекрасно, так бы могли выглядеть звёзды в вышине, не скрытые искажениями атмосферы, или все миры в ладони, или все знания на кончике пера, или все души в потоке вечности. Я очнулась с пьянящим чувством, будто всё было мне подвластно, хотя уже затухающим, и вот, вокруг полевая трава, и бреши нигде нет. Кисти моих рук выделяются на фоне окружающей местности бледным, слегка розоватым цветом, к которому я привыкла, да и разум будто больше не кажется артефактной имитацией прежнего, живого.
На секунду меня снова уколола совесть, не только всех пережила, но и избежала худших последствий, и всё же после недавней эйфории думать так уже не хотелось. Наверное, в этом был какой-то смысл. Вместо самокопания я села, подогнув колени, и стала прикидывать дальнейшие варианты действий. На удивление, их было немало, чертежи ТОКОМАКа были всё ещё при мне, деревни всё ещё нуждались в спасении, и лиходеев в Землях особенно не поубавилось. Среди последних даже, насколько я знала, были довольно опасные организации, казавшиеся в той или иной степени конкурентами мёртвому магу. Сама эта история со Стантри на самом деле могла быть не окончена.
Оставался только один принципиальный вопрос: новых постоянных союзников я искать намерена не была. В остальном же, возможности были огромны. Описывать всё дальнейшее в подробностях я, пожалуй, не стану, разве что нахлынет новый приступ вдохновения. Пожалуй, главное, и наиболее сильно на меня повлиявшее, я в памяти воскресила, и довольно, ведь для систематизации жизненного опыта и нужны дневники.
Ну а дальше уже совсем другая история.