«Я знаю, как важны ученые, но как насчет простых людей? По дороге сюда я своими глазами наблюдала страшное: семьи, разорванные на куски, кровь и части тел на дорогах, дома в огне, скот, поваленный или сошедший с ума. Этим людям тоже нужна наша помощь. Если мы проигнорируем их и предоставим их собственной судьбе, то даже если мы предотвратим кризис, некого будет спасти. Леди Зенит и ее Светоплеты отправили помощь всем, до кого смогли дотянуться, но наших запасов недостаточно, чтобы обеспечить всех — рано или поздно голод охватит всех, кого это коснулось».

Она, возможно, была самой молодой среди собравшихся переговорщиков, но сострадание к бедным и трудолюбивым было той чертой, которую жрица выражала в изобилии — результат ее корней как посвященной. Тихие шепотки одобрения пронеслись среди стражников посланников, которые затем быстро затихли, когда Уна решила обратиться к совету.

«Возможно, твои слова продиктованы тревогой и беспокойством, но сколько в них правды?» — Уна проигнорировала мольбу Анастасии, полностью сосредоточившись на словах Илвари. — «Мои собратья обнаружили странную активность в наших землях: странные знаки, размещенные на земле в деревнях, неестественные магические следы, покрывающие трупы, слухи о шпионах, проникающих в наши гильдии. Более того, в последнее время на болотах Даскмайра царит полный хаос, а гидры там ведут себя чрезмерно агрессивно, словно их к этому подталкивают. Что ты можешь нам рассказать об этом?»

Все глаза теперь были устремлены на Илвари. Ей нужно было что-то придумать, поскольку, насколько ей было известно, ни одна из этих активностей не была одобрена ни Шпионом, ни остальным Триумвиратом. Могут ли они быть как-то связаны с деятельностью инсектоидов? Однако это был не конец обвинений в адрес ее лордов.