Автор- Вот, подойдите сюда и взгляните в Окуляр, пока я настраиваю объектив... Покажу кое-что интересное. Думаю, как подданному Асугух вам это будет особенно интересно.

Асмидул смотрел. Смотрел, не в силах отвести взгляда от звездного простора, бескрайним полотном растянувшимся по ночному небу. Смотрел, боясь даже моргнуть, чтобы ничем не нарушить это новое, захватившее дух ощущение созерцания невозможного. Смотрел, как скрылось аконийское солнце, и тут и там зажигались на покрывале первые фонарики: то мириады молодых и старых, ярких и угасших звездочек с разной силою пробивались сквозь вечный сумрак, сквозь вуаль необъятной вселенной посылали свой свет навстречу сестрицам на другом краю мироздания. Смотрел на реймийский огонек: яркий, дерзкий и самонадеянный. Смотрел на лафренийскую систему: смелую, живую и забытую. Смотрел на погасшие, пугающе холодные вистерийские и эртенийские миры. Смотрел и думал; о чем наверное задумывается каждый, кто в первый раз, оторвавшись от привычной жизненной суеты, поднимет свой взор к ночному небу. О ничтожности человеческой плоти, — крошечной песчинки в сломанных часах, сотканных из ткани тысяч миров. О величии человеческого сознания, — что возносится к самим звездам, подобно художнику запечатлев на темном мольберте плоды своих творений. Чтобы затем на смертном одре воссоединиться с вечностью, напоследок подумав: "Это было не зря!".

—Это... Просто потрясающе, Айя. —по прошествии неизвестного количества времени, он наконец оторвался от созерцания и взглянул на свою собеседницу. —Спасибо ва... или можно "тебе", раз уж мы схожего возраста?, за эту демонстрацию. А можно ли мне узнать чуть побольше про вон-те, Лафрению и Эртению? Возможно я невнимательно слушал, и как-то пропустил их упоминание в ранней лекции про божеств.