- Ну что, удовлетворил любопытство? Какая потеря времени, - Черника потягивается и вновь зевает.
- А ты куда-то спешишь?.. Мда. Крем из руды - это что-то совсем странное, - хмыкает Укон.
- Не вижу ничего странного, обычное дело. Это самое лучшее применение для руды. Все, давай свое "интересное место".
"Возможно все эльмы сами по себе не от мира сего, вот дело и обычное" - думает воин. Далее показывает пальцем на возвышенность:
- Оно воооон там. Горячие источники.
У эльмки загораются глаза:
- Ууу! Неси меня туда!
- Нет.
- Что значит "нет"? Я должна сама карабкаться на гору, когда у меня есть такой мощный слуга? Давай-давай.
- Нет, - лицо "слуги" свернулось в угрюмый калач. - Сама доберешься. А я хотел зайти в другое место, - больше всего ему не хотелось бы показываться на людях в родном городе в состоянии переноски неуравновешенной соплячки на плече.
- Я поняла, ты хочешь от меня избавиться и не уплачивать долг. Как-то это не по чести, господин крутой боец, - она тянется оттянуть ему щеку, но не достает в росте для этого дела, поэтому вворачивает палец в ребро.
- Об этом не беспокойся. Я человек слова. Встретимся... возле столовки, ты знаешь туда дорогу, - он отворачивается и утопывает, не считая нужным продолжать разговор.

"Каков наглец, ну ничего, я его еще проучу" - думает Черника, обиженно отвернувшись. 
По взгляду на высокую гору, ее лицо окисляется. Пробубнив вполголоса ругательства, она идет туда.

"Какая же борзая соплячка. Есть ли для нее хоть какая-то надежда в жизни?" - думает Укон, поскрипывая зубами.
Болело все - как и всегда, но еще больше нога и уши. Он ощущал нужду в прочистке головы и оценке того, осталась ли у него сейчас еще хоть какая-то хватка, поэтому направился к воинам.