Автор- Воинов не обязательно, нет. Обязательно тех, кто умеет сражаться, да. 

- Да, пожалуй, - Укон подумал некоторое время над тем, имеет ли смысл брать всевозможных "магов", "стрелков", и "кастеров" на подобный турнир - и подумал - ладно. В конце концов, в подземелье каждый из них использовал бы то, на что он способен, не так ли? - Он оставляет на Доске слегка корявым, но старательным, почерком следующее объявление:

В Сообществе Воинов Подземелий планируется единственный в своей истории турнир в честь Канау - нашей любимой преподавательницы и старшей сестры. Всем, кто хотел бы поучаствовать в этом событии из своих личных побуждений, или, возможно, ради испытания своих навыков, или просто забавы ради - если вы сильный и честный воин, мы ждем вас в сообществе. Записаться на участие можно так же в Сообществе, либо у меня, либо у Брюссели.
Укон

Вернувшись в сообщество, кивает сам себе и садится на стул в ожидании, попутно раздумывая - а не стоит ли ему самостоятельно попытаться пригласить на это персонажей игроков, которые могли в этом поучаствовать? Но думает, что пока что наверное еще не пришло это время.

Автор- Всего один раз? - Уса нахмурилась. - Бедняжка, могу лишь посочувствовать тебе. Хм... Что ж, вкратце. Голос Óны - чудесная музыка, торжественная и ласковая, то ради чего всем нам нужны уши. Это и погружающая в нежный сон колыбельная песня, и вдохновляющий на подвиги гимн что будоражит кровь! Облик Óны - отражение всего прекрасного и светлого что есть во вселенной, то ради чего всем нам нужны глаза. Её большие очи чудеснее любого драгоценного камня, они глубже Зеркала Души, горячее Тропы Багровых Языков и богаче Минеральных Рек. На её великолепных крыльях держится весь Иказкан, и надежды каждого кто в нем живет! Её изящный силуэт наделяет наше существование смыслом и направляет на счастливый путь! Осмысливать её красоту - именно, для чего всем нам нужен разум.

- Хм-хм, - покивав продолжительное время, Черника удаляется на галерки, крайне долго вертя перо меж пальцев, ходя туда-сюда и то и дело потирая лоб.
Пока наконец не возвращается к Усе.
- Я сочинила притчу - не просто для развлечения и восхваления, а и для просвещения поколений, - выкладывает манускрипт. - Ну, тут уж... Насколько вы готовы читать.


Однажды Óна решила осчастливить всех жителей Иказкана спуском с Инфернального Трона и появлением Своего великолепного светлого лика перед лицом его жителей. И по сей день историки из Ее самых главных поклонников бьются над разгадкой того, что же Она задумала в тот момент - версия любого из них, вопреки их разности, имеет смысл, потому как хоть пути Ее и неисповедимы, но бесконечно благи.
Поэтому поклонники Ее - иными словами, все жители, имеющие хоть какой-то разум, и глаза, отличные от багрукских, - решили устроить Ей самую грандиознейшую встречу в истории.
"Разжечь сотни и тысячи лампадок! Осветим Ее путь и оставим незабываемое впечатление!" - таково было всеобщее желание. И верно - каким еще образом, отличным от банально-мирянинского, способен однозначно выразить свою любовь Ее последователь, далеко не обязательно максимально искушенный во всех сопутствующих манерах, которые он мог бы выразить делом, а не словом, но тем не менее, хранящий Ее торжественно-ласковый образ в сердце?

И вот, все последователи собрали пышную процессию: каждый разжег невероятное пламя, освещающее собою самые удаленные, ранее укрытые тенью, закоулки Иказкана, все для того, дабы показать - Ее светлый лик развеет любую тьму, и даже той ее разновидности, что присутствовала с примордиальных времен, поможет перейти в гармоническое лоно.
Одна лишь слабая, дряхлая, болезненная человеческая старушка стояла с едва горящей лампадкой в своих дрожащих руках... По слухам перешептывающихся соседей, эта пожилая женщина была на последнем своем издыхании - не имея по своей природе ни благословенного перерождения ивилаев, ни даже чуть более долгого времени жизни эльмов, она прожила праведную и честную жизнь, но тяжкую, совсем не простую. Родных у нее не осталось - таковы суровые условия жизни - и жнец намеревался забрать ее душу еще много зим назад, но что-то удерживало ее в Иказкане, день за днем выгоняя на молитву, обращенную к Инфернальному Трону, слов из которой никто не мог расшифровать даже за десятилетия, настолько тихи - при том что полны уверенности - они были. 
По словам очевидцев, этой почтенной женщине было совестно у других просить помощи, которой она бы никогда не смогла отплатить, в том, чтобы поучаствовать в этом явлении Óны в максимально возможном для ее собственного положения смысле, однако, стремление сердца этой старушки невозможно было бы никак погасить - она даже задействовала для лампадки свои собственные волосы.

И вот...
Óна наконец спустилась с Инфернального Трона. Кидая взгляды туда и сюда, Она озаряет улыбкой всех ее многочисленных - или точнее сказать бесчисленных - поклонников, любителей, и просто разумно мыслящих существ. Ее одноглазый клинок парит над Ее плечом, слегка прищурившись, и как будто имея что произнести, и пока что этого не делая.
Внезапно, поднимается сильный ветер - самая настоящая буря протягивается со стороны Зеркала Души! Кто бы знал, чем она инициирована! Дичайший порыв поднимается из Бездны и тушит все столь трепетно созданные в Ее честь лампадки. Абсолютно все Ее поклонники падают на колени, из глаз их сочатся слезы, зубы их скрипят, кулаки их бьют по земле. Однако...
- Вот оно что, - слышат они голос - для тех, кто знает, удивительный. Для остальных, что слышат его в первый раз, это оказывается голос Гекизо, глазасто-бритвенно-острого орудия, не покидающего Óну ни на секунду.
Верующие открывают глаза и видят, что свет не покинул Иказкан - единственная лампадка, что осталась гореть, это лампадка той старой женщины.
Спустившись на уровень человека и уложив крылья, Óна обнимает старушку:
- Эта лампада горит, потому что в ней бесконечная любовь и стремление твоей души. Даже если бы буря была сильнее, она бы ее не погасила. Большие огни горят из гордости, малые - из чистого сердца. И даже из этого крохотного пламени способны вновь разжечься все прочие.