Rayne— Тут не о чем беспокоиться. Это люди не исчезли бесследно, они приняли объятия Элизеи.

"Объятья Элизеи"... Кораниец сразу представил себе Элизею, нежно обнимающую очередного крестьянина где-то под вечерним небом. Воображение Давида нарисовало её в виде русалки с шикарным хвостом и синевато-белой кожей. Она расчёсывала гребнем свои тёмные волосы, вальяжно рассыпавшиеся по плечам. Лунный свет игриво перескакивал по драгоценным украшениям от одного камня к другому. Давид стоял с открытым ртом и любовался грациозным силуэтом Элизеи, когда она неожиданно подмигнула ему. И через секунду суровый воин сам оказался в объятьях русалки. Она была на удивление тёплой, и от неё пахло морем. Да... в объятьях Элизеи было определённо хорошо, Давид даже начал завидовать этим крестьянам.
В этот момент он обнаружил, что действительно стоит с открытым ртом и пялится на жрицу. Непонятно, сколько времени это уже продолжалось.
— Э... — нарушил паузу кораниец, — я Давид, кстати. Значит она среди нас?