Ну да ладно.

Конец 334 года, у стен Вельдарана.
После долгого и очень кровавого сражения «Инсигниям Илинара» наконец-то удалось сокрушить авангард армии мятежников и возобновить продвижение вперед. Это далось им с очень большим трудом и немалыми потерями, и тем не менее, их численность всё ещё была достаточно велика для того чтобы справиться с поставленной перед ними задачей. Или так им казалось.
— Сэр, что это перед нами? — Лица Лейкуеуеро было не видать из-за надетого на его голову шлема, но даже так чувствовалась тревога этого прославленного воина.
— Всем стоять! — По приказу маршала легион в тот же час замер. Дальнейший их путь перекрывал фиолетовый туман, жуткий и мерзкий. Одним своим видом он наводил ужас и давал понять о том, что контактировать с ним не следовало. — У меня очень плохое предчувствие.
Просто так постоять и подумать легионерам Илинара, конечно же, никто не позволил. Сейчас, со всех сторон на них надвигались мятежники и их бывшие товарищи. Это были ходячие мертвецы и сколько бы Инсигнии не убивали их, они поднимались вновь. — Лейкуеуеро, отправляйся вперед, найди того кто за всем этим стоит... Это определенно Нергал.
— Будет исполнено! — Молодой воин ринулся вперед сквозь фиолетовый туман.
— “Опять он отправился один”. — Тадиэль покачал головой а затем обратился к одному из своих отрядов. — Эй вы, подсобите Лейкуеуеро.

Пробираясь через зловещий туман Лейкуеуеро не переставал чувствовать угрозу своей жизни просто от того, что он находился здесь, и было это явно неспроста — ему не доводилось сражаться против колдунов Ишанада ранее, но он был очень наслышан об их колдовстве. Этот туман не только пытался убить его, но и сводил его с ума. Что если он умрет здесь? Неужели он подставит Тадиэля и не сумеет выполнить его приказ? Нет! Для Лейкуеуеро Тадиэль был как отец, и он обязательно повергнет того кто является угрозой для него и Илинара... А ведь этот кто-то уже стоял прямо перед ним.
— А, ученик Астина. Пожалуй, мне не следует удивляться тому, что ты всё ещё стоишь на ногах, в отличии от…
Молодой воин не стал дослушивать своего несостоявшегося собеседника и в тот же миг бросился на него. В одной руке меч, в другой щит. Всё или ничего.
Поток огромной энергии скользил по поверхности его щита, но воина это не останавливало и он продолжал двигаться вперед, пока наконец не смог нанести удар своему противнику — но тщетно, лезвие меча прошло сквозь тело колдуна словно бы его и не было вовсе. А затем подоспело “подкрепление” — отряд отправленный Тадиэлем уже не служил Илинару, теперь это были ходячие мертвецы.
— Ха... — Пока восставшие обступали его со всех сторон а чародей готовился к использованию следующего заклинания, Лейкуеуеро освободил свой разум, бросил щит на землю, взял в свободную руку дополнительный меч, забыл обо всём и сосредоточился на происходящем вокруг.
…
— Ха-ха-ха. — Он порешил их всех. И товарищей упокоил, и колдуна на тот свет отправил. Сейчас, когда туман отступил, он бежал обратно под яркими лучами дневного солнца. Победа была близка. Так он думал, но реальность немного не оправдала его ожиданий: вот его бывший наставник и голова Тадиэля, которую тот держал в своей левой руке за волосы.
— О, Лейкуеуеро, — Астин увидел своего бывшего ученика и улыбнулся. — Лови! — Подкинув голову маршала перед собой, он пнул её словно мяч. Поймав её, Лейкуеуеро уставился в мертвые глаза Тадиэля и поник.

Конец 334 года, Ковеллия.
— У нас появилась ещё одна проблема. — Лицо “Вестника Смерти”, как и на прошлом совещании никаких эмоций не выражало.
— Что там ещё, Нугл? — Лютрос же, напротив, был крайне раздражен.
— Настоящая ситуация заставила иллиниарскую фракцию действовать, теперь нам предстоит иметь дело ещё и с восстанием на юге страны.
—Замечательно. — Никогда в своей жизни грандмастер не чувствовал такого напряжения и стресса. — Как только Тадиэль и твой отряд закончат на западе, пускай отправляются на юг. Помогут “Дракону” и…
— По поводу этого, грандмастер.
— Да?
— «Инсигниии Илинара» потерпели поражение, Тадиэль и Лейкуеуеро мертвы.
— Что?! — Лютрос вскочил со своего места и, подумав о чем-то, без каких бы то ни было слов направился прочь.
Через 15 минут он уже шагал по подземному уровню Академии Колдовства.
— Ты спятил? — Грациан крутился возле мага огня, всячески пытаясь отговорить его от задуманного, но тот был не прошибаем.
— Сейчас не время для промедлений, Илинар находится в страшной опасности и у другого выхода у нас нет. К тому же, подобная ситуация как раз одна из тех причин почему мы инициировали этот проект изначально.
— Он ещё не готов! Неужели ты забыл о рисках? «Обелиск Начала и Конца» предполагался как источник бесконечной энергии, ты хотя бы представляешь, что может произойти если что-нибудь пойдет не так?
— Прочь с моей дороги.
— Нет!
Лютрос щелкнул пальцами и Грациан обратился в горстку пепла.

Лето 335 года, Шанхурсанг.
Вдоль улиц некогда величественного и красивого города сейчас можно было наблюдать не пальмы а насаженных на колы людей. Поскольку их жизненно-важные органы задеты не были, они оставались живы и находились в таком состоянии уже не первый день. К тому же, как правило, погибших довольно быстро сменяли новыми жертвами, а потому застать тишину здесь было нельзя — хоть кто-нибудь да стонал.
— Ах, какая славная музыка для моих ушей. — Последний год правителем Шанхурсанга был Угальдагеси по имени Нахзан. Он страдал бессонницей но успокаивался когда видел, что другие пребывают в куда большей агонии чем он сам. — Даа, пойте, пойте!
— Иногда я начинаю сомневаться в адекватности системы “Власти Достойных”, — Идя по улицам этого древнего города в компании Нахзана Эрисасульшим с неодобрением в глазах наблюдал за плодами правления его товарища . — Все эти людьми могли бы открыть для себя учение Элулу-Суэн или, по крайне мере, работать ради процветания Тейоса.
— Ты слишком серьезен, Эрис. — Нахзан был очень высоким, худым человеком со смуглой кожей и голубыми глазами. — Тейос уже никому не остановить, судьба нескольких трэси на этом никак не скажется.
— О, так ли это? Мой господин некогда сказал мне, что только глупец уверен в своей непобедимости.
— Ха! Илинар не выдержал своего собственного веса, Калеврития пала под натиском Людовика. У нас не осталось достойных противников.
— Как же Таосия? Нозенрот? Оставшиеся войска Илинара, мятежники?
— Пфф. Мятежники — всего-лишь собаки войны, падальщики воспользовавшиеся удачным моментом.
— Как, например, таким? — Угальдагеси Шанхурсанга даже не успел удивиться, клинок неизвестного прошелся по его глотке как сквозь масло.
________
С прибытием подкреплений из Суэнтана массивное сражение имевшее место на улицах Шанхурсанга обещало растянуться на долгие дни вперед но закончилось преждевременно. Правитель Суэнтана предложил лидеру мятежников решить всё в честной "дуэли достойных", что позволяло обеим сторонам избежать ненужных потерь.
В этой битве титанов легендарные копье и полутораручный меч встретились впервые. Оба воина были невероятно техничны, но красноглазый оказался проворнее — вот его противник лежит на земле, пронзенный копьем. Глубокая рана в плече мечника уже не позволяла ему подняться на ноги под весом противника, однако вынутый со внутренней стороны куртки пистолет стал неожиданностью для тейосийца — и последним что он увидел в этой жизни.