Во время инициации телепортирующего заклинания принцессы Наеры, Шэнь Шао незаметно прокрался в центр его действия, а оказавшись на поле боя сразу же рванул от него в сторону, наблюдая за происходящим через подзорную трубу. В какой-то момент, словно из ниоткуда, за его спиной появилась роскошного вида женщина. Большая печаль в глазах украшала её красивое лицо.  

— Ты ведь... Мог их защитить. Всех этих людей и их родные края. 
Как и половина Карнеола, она не принадлежала этому миру, но большую часть времени её физическая оболочка была заточена в цзянь её господина и материализовалась лишь по требованию либо тогда когда это было ей дозволено. Из могущественной валькирии в безвольную слугу — у Мисс Космос было жестокое чувство юмора.
— Я пытался, но Её Высочество Наера и командир Эрефир сделали свой выбор. В отличии от империи, защита Кридеара в обязанности Минджина не входит.
В ответ она могла лишь тяжело вздохнуть и одарить хозяина взглядом полным неодобрения, понимая что помочь этим людям ему ничего бы не стоило. 
— Не смотри на меня так. — Он дал ей пощечину, чтобы та не забывала своего места. — Нынешний результат для нас ожидаемо лучше, чем если бы они согласились, так что я был готов пойти на уступки и пожертвовать нашими интересами.
— ...

Беата в какой-то момент отвернулась и уткнулась Гийону в грудь, не в силах смотреть, как пламя пожирает их друга, который только вчера валялся на солнышке и гонялся за птицами. Гийон, напротив, следил за кремацией до самого конца, отдавая дань памяти питомцу.
Когда всё было закончено, Гийон запустил руку в свой мешок и, порывшись получше, обнаружил там какую-то пустую склянку - судя по всему, от лекарства, завалялось со времён его работы. Не самый лучший вариант погребальной урны... Но уж что есть.
Он собирает прах Мистериуса, плотно закупоривает склянку и кладёт её в карман. Беата на заднем плане, наконец, прекращает плакать.

Вытерев слëзы, Беата неуверенно берëт у Гийона пузырëк с прахом. Держа его в ладонях, она складывает руки в молитвенном жесте.
 - Мать-Анузиш, животные ведь тоже твои дети... Пусть он покоится с миром. Пусть там, где его душа ждëт возвращения, у него будет вдоволь свежего молока, самого вкусного корма, самой мягкой травы и самых шуршащих игрушек. Пусть его следующая жизнь будет самой счастливой и беззаботной. Присмотри за ним... У тебя это получится лучше, чем у нас.
Она переводит взгляд на то, что осталось от Мистериуса.
 - Передавай привет Айко и Зорице, хорошо? Если их там встретишь. Нам их очень не хватает. И надуй Рафаэлю в тапки. Если они у него там есть.
Она улыбается сквозь слëзы и возвращает Гийону прах кота. Потом подходит к Килике и осторожно обнимает еë, стараясь не сильно вторгаться в личное пространство.
 - Мне очень жаль, - шепчет она, глядя на Белика.
Эрефии она обнимает крепче и смелее.
 - Я знаю, что тебя трудно сломить чужой смертью... Но ты не железная. Пока что, - она грустно улыбнулась, - пусть и делаешь всë,чтобы таковой стать. Я видела, как ты смотрела на Эклипса... Мне жаль. Он был замечательным.

Кое-как пробросив ловкость, Клину удается выкопаться из-под груды бумаг, которыми был сейчас завален его рабочий стол. Закончив с заполнением накладной, он отложил документ в сторону и пододвинул к себе кипу просроченных платежных квитанций. По другую сторону его ожидали незаполненные налоговые отчеты, которые по счастью было сейчас некуда отправлять, а иначе Карнеол уже давно одолел бы апостол налогового мошенничества. "Сколько же они жрут..." —отметил секретарь, в голове пересчитывая тысячи уев элитного спецотряда.

По счастью, бытие нежитью имело свои преимущества, и вскоре заброшенный кабинет стал потихоньку приходить в деловой вид. Кридеарец не раз задался вопросом, чем занимался на посту его бывший коллега, но о мертвых или хорошо, или никак. В голове он уже наметил несколько предложений лидерше, но заострять на них внимание, когда судьба всей империи висела на волоске, смысла сейчас не имело. Подойдя к шкафу, он выдвинул очередную коробку и водрузил на стол. Судя по всему, изначально отчетностью в Карнеоле занималась некая "Айко", что было хорошо заметно по старым, аккуратно пересчитанным балансовым листам и статьям доходов-расходов, на основе которых рыцарь и решил продолжить работу. В конце-концов, перебиваться от зарплаты до зарплаты, закрывая каждый месяц с нулями рем у всего отряда, что даже пришлось занимать у нищего рыцаря смерти, грозило неприятностями в будущем.

Клин задумался о том, что на вилле заниматься такой документацией было существенно проще: в случае любой проблемы Нария просто дорисовывала пару ноликов из имперской сокровищницы. Задумчиво повернувшись к окну, рыцарь встречал тоскливый осенний денек. Ему почему-то вновь вспомнилась далекая, сокрытая в недрах туманных гор родина. Ничего, совсем скоро они с Санексой окажутся там.

"Клин"

В груди рыцаря раздалось потустороннее эхо знакомого родного голоса, заставившее кридеарца вскочить на ноги и оглядеть одинокую комнату. Всё оставалось по прежнему, лишь шум непогоды снаружи немного стих. Мертвец уже собирался возвратиться к работе, когда скорость звука наконец донесла ударные волны до стен Маргела. Ужасающий взрывной грохот пробегает по портовой зоне, тяжелые суда качаются на встревоженной водной глади, перепуганные чайки взмывают в небеса, немногочисленные путники со страхом таращатся по сторонам.

Клин пулей вылетает на улицу, привычно ища в небесах летящую комету, но тщетно: город вновь погрузился в спокойную дрему. Следующая мысль относит рыцаря в загородную зону, куда он и направляет поспешный шаг. Обогнув каменную стену, внимание его привлекает группка зевак, оживленно уставившихся куда-то вдаль. Поравнявшись с жителями, рыцарь кое-как проталкивается на вершину небольшого холма, откуда расстилается хороший вид на окрестные земли. Прямо перед собой сквозь осеннюю пелену он наблюдает объятый горящим мраком горизонт, — в направлении до боли знакомых его сердцу мест.

—А чего там, в той стороне-то? —с любопытством спрашивает случайный зевака.
—Кажись, Кридеар жахнули. —бормочет неизвестный сбоку от черного рыцаря.
—Да брось ты чушь молоть! До туда знаешь скока дней пути? Отсюда не видно ничахо. —отвечает второй.
—Говорю тебе, там больше ничего нет! Вырубили горы под корень, вишь тьма какая стоит! Вон, взгляни в трубу!
—Ну и хорошо. Там все-одно ничего полезного нет.
—Ага. Лучше пусть их и прочих деревенщин понаехавших хреначат, чем нас.

Даже сквозь неживую ауру рыцарь ощущает, как объятая тревогой душа его падает в бездну.
Спустившись с горки, он поворачивает в сторону и в глубоких раздумьях следует куда-то прочь невидящим шагом.
Домой он возвращается лишь следующей ночью.

Наконец настал час когда всё должно было решиться. Час следующего удара, тот когда Безнадёга широко распахивает свои могучие крылья, взмывая в небеса подобно снаряду из аннигилирующей мегапушки в тёмном стремлении обрушить на цель неизбежный армагеддон во второй раз. Зловещая точка стремительно рассекает далёкий горизонт подобно падающей звезде, и мгновением позже империю сотрясает новая катастрофа, стирая поселения и унося множество невинных жизней, и её отголоски тут же проносятся по всей территории Вельферна. 

Всё по плану?.. Необходимая жертва? Ничего из этого Эрефир не говорила, но уже и так было кристально ясно. В полной боевой готовности Карнеол посредством магии принцессы Наеры телепортировался прямиком в эпицентр событий. Горная местность, испещрённая трещинами и обломками скал, покрывающими теперь уже знакомо выглядящий кратер - считанные минуты назад здесь вероятно бурлила будничная мирная жизнь, сейчас же осталось лишь пустое место, ни людей, ни зверья. Казалось даже воздух будто застыл неподвижно в тени произошедшего, хотя и слышен натужный свист ветра, медленно уносящего по небу струйки дыма и облачка пыли вдаль от руин Кридеара. Только он, виновник этого мрачного апофеоза разрушения, возвышается монструозным силуэтом над отрядом бравых героев. Такие же люди как и многочисленные жертвы Безнадёги, однако им сегодня благоволит сама Анузиш, и отмеченные благословениями её стихийных сингулярностей, они бросаются в бой подобно тому как раненный мир сжимает карающую длань в железный кулак, несущий заслуженное возмездие пробуждённому древнему злу.

Это было довольно быстро. Божественный иммунитет ударил в сердце заразы, гнев стихий мироздания обрушился бурей и натиском соратников на богомерзкое исчадие. Издав последний яростный звериный рёв раскатом грома разнесшийся по окрестностям, чудовищная бестия с размаху грохнулась на рассечённое брюхо, и земля содрогнулась от его падения. Неужели всё кончено?
Уже наложивший следующий болт на арбалет Гаррет не отрывал взгляда от драконьей образины что ещё только что реяла так необузданно и устрашающе. Адреналин всё ещё гнал кровь по жилам с немыслимой скоростью, хоть бездыханный Безнадёга и лежал недвижимо у их ног, заряженный астерец оставался начеку, готовый презентовать бессовестному монстру столько контрольных выстрелов сколько потребуется. И только когда Эрефир стала свежевать мёртвую тушу, он немного успокоился и позволил себе вздохнуть полной грудью. Что дальше?
А дальше рыжая извлекла каменное сердце апостола. Гаррет успел заметить как оказавшись на свету оно вырвалось из её рук, но среагировать никто не успел - карнеольцев поглотила тьма.

...

Картины отвратительной трапезы упорно цеплялись за возвращающееся в реальность сознание. Гаррет потряс головой, хлопнул себя по щекам, пару раз глубоко вдохнул-выдохнул, стараясь прогнать нагоняющее тошноту видение. Товарищи находились в схожем состоянии, а вот их маленьким друзьям повезло меньше - для них морок стал фатальным. Глядя на слёзы Беаты и на мгновение вытянувшееся лицо Эрефир, бывший разбойник пробурчал какие-то ругательства себе под нос, и, аккуратно обойдя неприглядные останки холодков, от души пнул безнадёжную апостольскую тушу, что даже на издыхании заплевала их своей чёрной мерзостью. Разрядившись таким образом, астерец постарался сконцентрироваться на последующих действиях.
— Что ж, обрушившийся на Вельферн кошмар сыграл финальный аккорд. — положив руку на плечо, сказал он лидерше. — Пора возвращаться домой.

- Хочу? Упаси Ками... Но у меня нет выбора, не так ли? С тех пор как я это ввязалась, я должна довести дело до конца. Но я хочу увидеть Азарину и услышать ее голос, хочу, чтобы она обняла Борса и тебя. И не менее того хочу оборвать этот бесчеловечный круг. Одна мысль о том, что мне могло не повезти и я бы попала туда будучи призванной, вызывает у меня тошноту и тяжесть в желудке. ...К тому же, есть у меня кое-какое предположение, что рано или поздно это бы пришлось сделать в любом случае. А вот ты?.. Неужели готова туда вернуться сама? А что если у нас ничего не выйдет?.. Это же будет чудовищная несправедливость, вернуться в логово льва добровольно и там же и сгинуть. Я не хочу звучать пессимистично, но надо это хорошо осознавать. Ну а так... Я не солгу, если скажу, что мысль о чем-то подобном вгоняет меня в... ужас? Хотя, это слишком сильное слово. Знаешь, когда-то я сказала денке, что моё самое сильное качество - это бесстрашие. И это правда, как бы глупо или самонадеянно ни звучало, - нас в Янаги учат забивать в себе эту эмоцию, иначе как мы способны будем делать свою работу? Но тут... Люди - если их можно назвать таковыми в этом случае - опаснее любого демона. Я бы ощущала себя куда увереннее, если бы моей задачей была очистка проклятого демонического дворца, хотя чувствуется мне, что тут разница небольшая... Но в любом случае, - она несвойственно твёрдо, даже жёстко смотрит в глаза Сонате неморгающим взглядом, словно осколком ее жизни на "Рейме". - Я должна знать в подробностях то, чего стоит ожидать. Расскажи мне все, что ты знаешь и видела, как бы болезненно это ни было, каждую маленькую деталь. Онэгай.

"Питомцы не попадут ни в рай, ни в ад, а жизнь их почти никогда не долговечнее жизни их хозяев, даже в таком опасном деле, как наше," -- думала Эрефир. -- "Кошмар забрал их быстро, лишив той маленькой частички духа, что у них была. Они почти не мучились, в отличие от Свечки, которая не знаю что делала, когда меня не стало, и сколько прожила... Но вообще, рассуждая таким образом, впору мне снова задуматься, нормальна ли ситуация с моей эмпатией или я просто пытаюсь играть роль человека? Может, меня перенесли из моего мира, потому что это было нетрудно с моей легковесной душой, и я почти что биоголем?"

Автор - Я знаю, что тебя трудно сломить чужой смертью... Но ты не железная. Пока что, - она грустно улыбнулась, - пусть и делаешь всë,чтобы таковой стать. Я видела, как ты смотрела на Эклипса... Мне жаль. Он был замечательным.

Девушка кивнула, а также и Аларии, позволяя последней сжечь пегаса.

Сама же мисс Дарвенинг стояла у мемориала... Со стороны казалось, что отдавала честь погибшим кридеарцам, и частично так оно и было, но частично потому, что думала. Её опасения, что враг попробует воспользоваться ситуацией никуда не испарились, вероятность того, что противник уже давно знает про Кридеар и заслал в окрестности своего агента, который, конечно, умеет переживать атаку дракона непонятным ей образом, были близки к 100%. Но камень он не украл. Скорее всего ему так же как и карнеольцам не был известен нюанс, что безнадёжное сердце опаснее и неудержимее всех прочих вместе взятых.

Печально было, что за счёт происшедшей трагедии в ближайшее время начнутся различные политические дрязги. Погибшие люди, трагедию которых подобает вознести в плакательных песнях менестрелей, вместо этого будут служить фундаментом для отвратительных политических речей, и сделать тут что-либо... Да, это было бы непросто. Опять же, на их миссии прошло всё слишком гладко. Историю о том, как служители короны пожертвовали собой ради избавления империи от дракона, продать было бы куда проще, но теперь мнениям суждено было разделиться: кто-то восхвалит их героизм, а кто-то другой спросит: "Где же вы были, когда дракон нападал, почему пришли так поздно? Если столько людей скончалось, в чём смысл вашего "подвига", да лучше бы вы сами умерли! Это же ваша работа, умирать на войне, а не невинных гражданских, разве нет? Так почему вы живы, а те погибли?"

Равновесие в империи сейчас чувствовалось хрупким. Забавно, что несколько месяцев назад именно это Эрефир говорила Амамиусу, когда они летели в Таис, а он не верил. Тем не менее, ситуация была не безнадёжной, как бы ни был хитёр Тао, у них ещё были возможности не дать империи войти в крутое пике. Им предстояло любой ценой вернуть людям надежду.

***

Немного ранее, где-то под горой в уютной тёплой каменной хижине возле детской кроватки сидела пожилая гномка в больших очках, а в кроватке был малыш-гном, особенно крошечный, если сравнивать его с человеческими детьми. Прабабушка рассказывала своему правнуку какую-то сказку, можно было услышать её немного шаркающую, но такую убаюкивающую речь...

-- И тогда маленькая гномка сказала оловянным солдатам, "Не боюсь я вас! Пусть я меньше вас, но сердце моё больше вашего! Пока стою у вас на пути, вы не тронете царицу!" Девушка разожгла из своих рук сильное-сильное пламя, и оловянные солдаты испугааааааались подходить к ней, боясь, что расплавятся... Тем временем царица стояла на скале с воздушными шариками в руках и не знала как ей быть и как убежать от солдат, но вдруг подул сильный ветер, вуууууууу...

Почувствовав, что малыш заснул, старуха со вздохом замолчала и поправила юнцу одеяло. "Ну и внучки у меня. Любительницы приключений на свою голову... Малая уехала деньги зарабатывать, а потом не вернулась, и весть о ней скорбная приходит... Другая ребёнка скинула, а сама где-то с ухажёром... Разъезжает. Совсем не думают обо мне старой."

По подземельям прокатился ужасный гул, каких ещё не бывало, вызвав падение двух сталактитов прямо на прочную крышу хижины. Малыш проснулся и испуганно заплакал.

Перед уходом карнеольцы убеждаются, что апостол больше не восстанет. Эрефир, когда они немного отходят в сторону Маргела, успевает немного нашептать своим на ушко, прикрывая рот.

Гаррету:
-- Смотри в оба, разведчик, высока вероятность, что за нами следят. Я не выказываю параноидальных склонностей, нет, есть серьёзные основания )

Гийону:
-- Гий, у меня для тебя есть задание, только отнесись к нему серьёзно. Ты отвечаешь за моральную поддержку своей невесты: после исчезновения камня она получила проклятье, и хотя пока ничего страшного не происходит, нам критически важно, чтобы до Маргела с ней ничего не случилось, а после решение найдём. Идею проклятья безнадёги сам должен понимать, если оно зависит от эмоций, то любая печаль Беате будет во вред. И хотя тебе самому нелегко после минус пятнадцати духа, а всё же на тебе ответственность, понял? Веди себя естественно, но унывать не давай. На тебя рассчитываю. А Калина контролирует, что показатели в норме. Дерзай.

В список дел с большим удовлетворением записывается выполнение драки с драконом и нанесения 5000 урона одним ударом (16355/5000).

Когда со всеми ритуалами было покончено, бывшая инквизиторша задумчиво огляделась. Некогда живописный край обратился тихой пустошью, единственным напоминанием о жизни в котором были лишь возведённый Эрефир памятник и их небольшая группа. Дракона они одолели, но как она будет объяснять всё это Клину? Как будет смотреть ему в глаза? "Прости, Кридеар стал разменной монетой в борьбе с Безнадёгой"? Складывалось ощущение, будто бы само мироздание испытывало рыцаря на прочность. Даже пережитые в Кальците тяготы, особенно обращение в нежить, едва не сломили мужчину. Что же будет твориться на его душе теперь? Ему потребуется всякая моральная поддержка, которую Алария может в данный момент позволить. Не исключено, что кроме неё и Санексы у Клина теперь никого не осталось.

Но не одному Клину сейчас будет тяжело, даже вне контекста горюющих карнеольцев. Это лишь в сказках всё заканчивается с гибелью ужасного чудовища, а здесь, будто бы, только начиналось. Дракон был остановлен, но это не означает что Вельферн был спасён. Империю потрясли два серьёзных удара, каждый из которых будет иметь долгоиграющие последствия. Уже сейчас её целостность находилась под вопросом. Безнадёга был повержен, это славная победа которой можно было гордиться и радоваться, но впереди оставалось ещё немало других испытаний. У Аларии не возникало никаких сомнений, что часть обязанностей по сохранению целостности Вельферна будет возложена на их, "Карнеола", плечи. Учитывая какие таланты проявляла половина отряда, включая её саму, у танарсийки даже были нехорошие предчувствия, что же именно за работу им могут предложить.

Но это всё в будущем. Быть может, по возвращению у них будет немного времени отдохнуть. Она попытается поддержать Клина, в меру своих сил. Приготовит усталым товарищам их любимые блюда, про которые она спросит чуть позже. Когда все немного успокоятся. Да и для Его Высокопреосвященства тоже что-нибудь надо будет состряпать, в качестве символического жеста благодарности. Действия патриарха сыграли в огромную роль в сегодняшней победе, прямо или косвенно. Не спаси он тогда Беату, не исключено что сладкую парочку ожидала бы несладкая судьба. Изгони он её, Эрефир или Гаррета, никто из них не геройствовал бы сейчас или на островах Кумари. Даже информация о сингулярностях поступила именно от него. Он заслуживал благодарность от "Карнеола", хотя бы устную. Но лучше было подкрепить её чем-то приготовленным своими руками. А потому позже Алария намеревалась выступить с подобным предложением, как все немного отойдут и разрешат более насущные вопросы.

-- Что, Калин, скажи... Как же у тебя прошло всё на Вакамо? Пока идём, было бы интересно послушать о твоих приключениях. Признаться, я волновалась, что тебя долго нет.

Пусть Фыр и не была уверена, что их не подслушивают, но она не могла унять своё любопытство, а секретности в сведениях никакой не должно было быть. Да и в ближнем радиусе никого не было: как рыжая мечется вокруг соратников, перебегая от одного к другому, да как бегает вокруг для ориентации да разведки тропы, давно бы на кого-нибудь наткнулась уже. Нет, как бы ни были минджинцы хороши, расслабиться слегка было можно.

MentГийону:
-- Гий, у меня для тебя есть задание, только отнесись к нему серьёзно. Ты отвечаешь за моральную поддержку своей невесты: после исчезновения камня она получила проклятье, и хотя пока ничего страшного не происходит, нам критически важно, чтобы до Маргела с ней ничего не случилось, а после решение найдём. Идею проклятья безнадёги сам должен понимать, если оно зависит от эмоций, то любая печаль Беате будет во вред. И хотя тебе самому нелегко после минус пятнадцати духа, а всё же на тебе ответственность, понял? Веди себя естественно, но унывать не давай. На тебя рассчитываю. А Калина контролирует, что показатели в норме. Дерзай.

 - Я всегда серьёзен, когда речь идёт о жизни и здоровье Беаты, - ответил Гийон. - Хорошо. Сделаю всё, что от меня зависит.
"Боги, почему она... Неужели она недостаточно искупила свои грехи..."

- Готова ли?.. - Соната обхватила руками собственные плечи и поёжилась, вспоминая свою жизнь в логове ковена страсти, но вскоре усилием воли вернула себе невозмутимо спокойное состояние. - А это неважно, готова я или нет. Есть в жизни вещи, которые необходимо сделать вне зависимости от всех прочих факторов, и это одна из них. - Озвучивать, что это было ради Азарины, мести или предотвращения дальнейшей несправедливости она не стала. - Хорошо, расскажу. Азарина пробыла там всего ничего, поэтому вряд ли в её воспоминаниях была полная информация об этом месте.

- Думаю, что стоит начать с Дакини, главы этого ковена. Хотя я даже не в курсе, мужчина это или женщина... Ладно, раз уж последнее обличье было женским, то так и буду её упоминать. Проблема заключается в том, что она способна меняться телами с другими людьми, поэтому даже если мы с ней будем стоять лицом к лицу, есть не нулевой шанс, что я не сумею её опознать. Часть экспериментов, невольной участницей которых мне пришлось стать, проводилась именно с целью создания для Дакини "идеального тела" - красивого и не обремененного тягостями человеческого бытия, вроде болезней, старости и смерти. Знаешь, жестокие безумцы почему-то очень уж часто одержимы подобными идеями, наверное от того, что в силу своей неполноценности неспособны прожить плодотворную жизнь за отведенный нормальному человеку срок. - Решив не обезображивать свое лицо негативными эмоциями, Соната сделала глубокий вдох и выдох, вновь вернув себе ясность духа. - В отношении меня судьба сыграла с Дакини злую шутку, поскольку эксперимент оказался настолько успешен, что мое тело оказалось защищено от её черной магии. Тем не менее, она не сильно этому расстроилась и сделала из меня любимую игрушку ковена, чья физическая оболочка не сломалась бы вне зависимости от того, что с ней делать. - На короткое мгновение, падшая императрица печально опустила глаза. - Пожалуй, мне стоит поблагодарить Тиария за то, что его бесчеловечная жестокость подготовила меня к такой судьбе, ха-ха... В общем, Дакини - однозначно могущественная чародейка но, к сожалению, какой-либо более подробной информацией о её способностях я не обладаю.

- Поскольку это подземелье, "этажи" будем считать сверху вниз. Итак, на первом этаже ничего нет, это самая обыкновенная, пускай и очень просторная, пещера с большим озером в центре. Второй этаж представляет собой длинный зал с высокими потолками, по обе стороны которого стоят глиняные големы. Мм, подожди пару минут, я сделаю тебе набросок. 



- Вот. Выглядят они примерно так, в высоту около пяти метров. Атакуют лишь тех, кто пытается пройти на третий этаж, но тех кто идут с третьего на первый не трогают. Невосприимчивы ко всему кроме урона, сталь бьет по ним слабо, но ко всем элементам помимо космического у них и вовсе иммунитет. Следующий этаж служит местом проживания большей части членов ковена, а в центре находится главный зал. Большая часть оргий и всего такого между членами ковена и рабынями происходит именно на этом этаже. Почти все они мужчины, но есть среди них и женщины-призывательницы, манящие из других миров рабов-мужчин. Как бы там ни было, есть среди них как просто богатеи со "своеобразными" хобби, так и большое число чародеев способных на самые разные вещи. 

- Четвертый этаж разделен на две части: рабские кельи и комнаты с "инструментами"......... Например, в одной из таких меня прибили гвоздями к бревнам, а потом вырывали ногти, выкалывали глаза, отрезали конечности и всякое такое... Думаю, что именно там я потеряла свое обручальное кольцо. Если будет возможность, я бы хотела его поискать.

- На пятом этаже располагается террариум, место где содержатся различные монстры, а также место размножения, где беременных рабынь оставляют давать потомство... Для того чтобы воспитать из них новых рабов. Ну а на шестом этаже находятся покои Дакини. Вот, собственно, и всё.

Ment-- Что, Калин, скажи... Как же у тебя прошло всё на Вакамо? Пока идём, было бы интересно послушать о твоих приключениях. Признаться, я волновалась, что тебя долго нет.

Калина, которая с некоторым порицанием во взгляде наблюдала за причудливой процессией оплакивания питомцев в контексте произошедшего в Кридеаре кошмара, с заметной охотой отвлеклась на другую тему. 
- Это не такая уж интересная история. Я ожидала, что мне придется дуэлиться с самураями или как-либо ещё доказывать своё "достоинство", но по сути было достаточно просто объяснить ситуацию, хотя и пришлось подождать некоторое время аудиенции с принцессой. Очень милая девушка, хотя с её ростом и выглядит как ребенок. Я сама не то чтобы высокая, но её на целую голову выше. В общем, разобравшись в ситуации она согласилась мне помочь и распорядилась чтобы священники подготовили храм Мио к ритуалу. Когда всё было готово, меня оставили там саму и мне пришлось провести определенное время в молитве прежде чем святая откликнулась на мой зов. Думаю, мне сыграло на руку то, что у меня вера неплохо прокачана, иначе так бы и сидела там не зная что делать и чего ждать. В общем, она убедилась в том, что я нормальная женщина и ищу её благословения с благими намерениями... Ну и всё. 

Алария вновь посмотрела на памятник возведённый Эрефир. Какая-никакая дань памяти, и всё же едва ли этого было достаточно. Но местных традиций никто из них, вероятно, не знал. С людьми тоже знаком не был. Чужаки и гости, но половина из них вероятно забудет сегодняшнюю трагедию или будет вспоминать её лишь в контексте славной победы. Если Клин не сломается от свалившегося на его плечи горя, если Клин того пожелает, танарсийка пообещала себе что когда-нибудь вернётся сюда вместе с ним. Поможет воздать должные почести. Соорудить памятники в родном поселении. Почтить его друзей, близких, да и просто земляков как следует. Почтить Кридеар. Почтить невинных, которые не в том месте и не в то время оказались подданными не той империи.