Алария опустошённо смотрела на то, как пушки "Астры" сначала потопили лодку Циклопа, а после начали расстреливать оставшихся на плаву членов его отряда. Господь оберегал адмирала, все ядра прошли мимо. Однако, этого нельзя было сказать про всех его спутников. Одетый в латы воин, как и подобает, пошёл ко дну. Судьба священника была не менее печальной - снаряд одной из пушек разорвал его тело на куски.
Непроизвольно, танарсийка потянулась за молитвенником, но в то же время в её голову начали закрадываться нехорошие мысли. О том, что о возвращении на родину больше можно было не мечтать. О том, что её компаньоны убивали её же сородичей, а она и пальцем не пошевелила. И о том, что Престол был напуган простым стариком настолько, что те отправили следом одного из своих лучших адмиралов. В любой другой ситуации, Алария бы решила, что теперь ей никак не искупить свои грехи перед Господом. Но это желание верхушки Престола остановить того, кто, по идее, был обречён на неудачу, говорило совсем о другом. Как ранее и сказал Курат, их вера была слаба. Вера в то, что они выдают за истину. Вера в то, что стало причиной, по которой её жизнь была разрушена. Танарсийка даже не заметила, как она рукой впилась в свой старый и потёртый молитвенник. Лишь мгновением позже, когда святое пламя охватило книгу, она обратила на это внимание. И это лишь укрепило уверенность девушки в том, что то, чему её учили с самого детства, было ложью. Иначе с чего бы ей, сомневающейся грешнице, до сих пор иметь возможность использовать дарованные Господом силы? Её переполняли гнев. Гнев и отчаяние. Но, вместе с ними, и желание достичь новой цели. Желание помочь гоподину Белрингу в его миссии и, возможно, узнать истину.
Всё ещё не отошедшая от своих выводов, Алария спустилась на нижний этаж, намереваясь направиться в свою каюту. Мимо неё, волею судьбы, как раз проходил организатор данной экспедиции.
- Поздравляю, мистер Белринг, - танарсийка невесело улыбнулась, - вы ещё не достигли пункта своего назначения, но это путешествие уже пошатнуло мою веру.