пока печатал два дня прошло, ну ланЗерека посещали мысли совершить поступок крысы на тонущем корабле; в конце-концов, в худшем случае все они оказывались под большой угрозой. Но потом он припомнил, что именно Рогдан помог ему измениться, пусть и немного, но в лучшую сторону. С ним они путешествовали по миру, влипали в неприятности и всегда находили способ выпутаться. Бросать барона и его идеалы означало признать собственную никчемность, ущербность простого бандита, чей предельный удел — резать людей в подворотне ради дюжины монет.
—Все правильно, сэр Вальдемар, не... босс! —поддержал он выступавшего. —Не сдадимся им на милость!
—Я канеш сильно извиняюсь, но чего мы их во враги сразу записываем? —Иленсия, сложив руки, покачала головой. —Если уж так посореть, барон наш первый не в свое дело полез. А так, щас бы нормально сотрудничали.
—Ага, босс вот уже посотрудничал. —передразнил ее Зерек. —Да и дело здесь не в этом. Он наш представитель, так что хотели-не хотели, а вину все нести будем.
—Сдались мы им. —фыркнула рыцарша. —Было бы желание, все бы уже там же где и босс были.
Сама Иленсия, без сомнения, также была огорчена случившимся с бароном, но старалась сохранять хладнокровие и не показывать вида. Рогдан, конечно, частенько раздражал, а иной раз хотелось выписать ему хорошую затрещину, но его нескончаемый запас энергии и оптимизма нередко вызывал улыбку и поднимал настроение даже в самый неудачный день. И ведь в конечном итоге именно благодаря нему она смогла вернуть потерянный глаз и обрести шанс на светлое будущее. Поэтому для себя рыцарша точно решила, что не будет бросать барона в беде, даже если надежды и почти не было.
Дарбон внимательно слушал монолог Вальдемара, впитывая каждое слово. Речи разгоряченного лислиарца добавили ему уверенности, и он даже хотел вскочить со своей скамеечки и ответить ему восторженными аплодисментами, но в последний момент растерял решительность. Вместо этого он поддержал последнего скромным кивком седой головы.
— ... Учитывая произошедшее, вполне вероятно, что твои товарищи взволнованы или озадачены твоим неожиданным исчезновением, мастер.
—Да-да, ты права. И ведь никак не сообщить, чтобы не беспокоились лишний раз. А то еще сами в какие неприятности попадут. Впрочем, я уверен, они справятся. С ними господа Рафаэль и Вальдемар! Наша организация в самых надежных руках, которым я доверяю вдвое больше, чем себе!