Тарвицый: 851 R, черви благополучно выносят на берег его мечи.
Это так мило х)
Добавлено через 14 минут
...Его все еще беспокоили мысли о том, что с ним произошло в форте. Он каждый день думал об Императоре, ордене, демонах, своей жизни. Потеряв покровительство Императора, он ощущал непонятное чувство отрешенности и потерянности. Но не смотря на это, маг все еще чувствовал себя слугой Императора. Он каждый день проигрывал в голове ситуации, требующие от него поступить так, как бы поступил каждый атараксианец. И если раньше он без колебаний поступил бы так как должен, то сейчас Тарвицый понимал, что из раза в раз впадает в противоречие с самим собой и не может принять решение вообще. В пограничных ситуациях, где мыслить нужно быстро, он не может позволить себе мешкать. А такие ситуации обязательно возникнуть в будущем. За долгих сто дней плавания он так и не решил: отречься от Императора окончательно или просить прощения и покаяться. Обремененный тяжелыми мыслями, маг рано пошел спать, ведь завтра корабль наконец-то должен был пришвартоваться…
…Тарвицый шел по какому-то кладбищу. Туман застилал все вокруг. На засохших деревьях сидели вороны и наблюдали за ним. На потрескавшихся, частично разбитых надгробиях с трудом читались имена. Это были его родные, друзья, члены ордена, ученики академии. Все они лежали в земле на этом кладбище. Дойдя до центра, маг увидел, огромных размеров, пустой трон. Он был залит кровью, которая тонкими ручейками стекала к ногам Тарвицыя. Когда маг почти дошел до трона, его схватили за руку.
- Немиилий, - вздохнул с облегчением Тарвицый, - как ты меня напугал. Где мы? Что это за место?
- Ты предал нас.
- Немиилий?
- Ты предал нас всех. Ты предал весь орден, всех своих родных и друзей, ты предал себя, ты предал Императора…
- Немиилий, брат, я…
Немиилий все сильнее сжимал руку Тарвицыя. Казалось, что кость вот-вот треснет. Тарвицый не мог освободиться от хватки, он вообще не мог пошевелиться. Кожа на лице его брата стала стекать с плоти, а плоть разлагаться на глазах.
- Отступник, ренегат, еретик! – прохрипел стоящий перед Тарвицыем полусгнивший труп его брата. Магу с трудом удалось вырваться из хватки, и он побежал прочь с кладбища. Мертвецы медленно выбирались из земли и хрипели вдогонку Тарвицыю.
- Отступник!
- Предатель!
- Ренегат!
- Еретик!
Земля под ногами мага стала превращаться в черную липкую жижу, он пытался бежать дальше, но все сильнее увязал в непонятной субстанции. Руки мертвецов начали хватать его и тянуть вниз. Он все больше углублялся, и вскоре черная слизь затекла ему в рот, пробилась к легким и залила их полностью.
Тарвицый упал на черный зеркальный пол. Он корчился от боли, изрыгая из желудка и легких слизь. Каждый вздох наполнял тело кошмарной болью. Он приподнял голову и увидел, как сверху на него сыпется множество кусков горящей бумаги – контракты демонов. Над его головой ударила яркая молния и перед ним появились все демоны, которых он только знал. Тяжело дыша, едва не захлебываясь оставшейся внутри него слизью, он попытался встать. Но у него ничего не получилось. Один из демонов бросился к нему и схватил за горло.
- Наглый ублюдок, ты думал нас можно так просто одурачить?
- Разорви этого мошенника на части Бальтазар, - приговаривала Мавра, стуча по стеклянному полу своими паучьими лапами.
- Успокойся, дорогой Бальтазар, - говорила Санекса, убирая руку демона от горла Тарвицыя, - он не виноват, ему просто не хватает любви. Настоящей, страстной, горячей любви…Она прижала Тарвицыя к себе, а ее левая рука скользнула куда-то вниз, раздался раскат грома, волна яркого света ослепила всех демонов и отбросила их далеко от мага. За спиной Тарвицыя появилась фигура внушительных размеров. Лица не было видно, различить можно было лишь очертания.
- Этого не может быть! Ты мертв! – прошипел кто-то из демонов.
Фигура взмахнула огромным мечом, и магическая волна обратила всех демонов в пепел. Тарвицый встал на ноги. Он хотел обернуться, но у него не получилось. В отражении на полу он видел лишь себя и ослепляющий свет. Большая рука опустилась на его правое плечо, и он услышал суровый, но по-отечески добрый голос.
- Все кончено. Их больше нет. Я прощаю тебя, Тарвицый. Ты прощен.
После этих слов подул ледяной ветер. Холодная тьма начала пожирать свет. Дойдя до определенной точки, она остановилась. Справа от Тарвицыя все также сиял яркий свет, а слева клубилась холодная тьма. На его левое плечо опустилась леденящая душу и тело большая рука. Послышался низкий, но сладкий и успокаивающий голос.
- Все кончено, Тарвицый. Ты больше не его слуга. Забудь его навсегда. Теперь ты падший. Пути назад нет.
- Не слушай его. Я простил тебя.
- Он мертв, Тарвицый, мертв. Как и всё вскоре будет мертво. Мертвецы не прощают.
Из тьмы на Тарвицыя бросился орел и он проснулся. Скальпоклюв сидел на его груди и пристально смотрел на него. А сам Тарвицый лежал на берегу моря.
- Мертвецы не прощают, - прошептал маг, а орел, как будто бы отвечая, заклекотал и замахал крыльями...