Джеймс пропустил мужичка вперед.
- Да я бы с радостью побился, но служба! Ордена, клятвы - сам понимаешь. К тебе вот хотел заглянуть, - выждав подходящий момент, рыцарь аккуратно захватил типа и швырнул через приступочек лицом в пол.
- Ай-яй-яй, осторожно! - Джеймс склонился над мужичком. - Что за день-то такой сегодня, одна напасть за другой!
Протянув руку помощи, паладин обманул ожидания кудрявого, зафиксировав его собственные конечности в болевом приеме и прижав коленкой к полу.
- А знаешь почему так? Это карма, братан. Церковь учит нас не делать зла, а кто грешит - получает по заслугам, и потом, ну, перерождается или как-то там. Неважно.
Примерившись, Джеймс сделал полом несколько легких затрещин голове кудрявого, дал пару раз по почкам, а когда обессилевший человек перестал вырываться, одним движением отсек ножичком полный кулак его патл. На протяжении всей процедуры он делился фрагментами из различных проповедей, обрывочных фактов о законодательстве различных королевств и отпускал укоры в сторону наказуемого, в общем выполнял обычную разговорную квоту при работе на публике. Пару раз он замечал на себе непонятные взгляды окружающих завсегдатаев, и в эти моменты повышал тон голоса, чтобы они слышали, что это орудует правосудие, но к счастью, это относительно спокойное действо заняло не больше минуты.
- И как земля только таких как ты носит? Эх, не хочу тебя отпускать, но может ты еще сможешь стать этим, как его, цивилизо-ван-ным человеком. Ладно, бывай.
Джимми не стал хлопать парня еще раз по плечу или пожимать руку и ушел по-джентльменски - к выходу из таверны, с клоком волос в левой руке и со скорбью на лице.