Прямо перед Клином, куда только хватало взгляда, вздымались в небеса облачные пики кридеарских гор. Теплое ностальгическое чувство, подобное забавному курьезу в кузнице Маргела, целиком охватило его душу. Каждый горец мечтает покорить самую высокую кручу, достичь самой великой вершины, куда не ступал еще сапог имперской цивилизации. Он принял новый вызов с чувством долга и уверенностью бывалого скалолаза.Однако с каждым неверным шагом, с каждым наспех покоренным уступом, он все более осознавал, что оказался вовсе не в родном Кридеаре. Вместо чистой свежести горного воздуха, лицо его обжигал горячий пустынный ветер с ароматами вычурных женских духов. Пальцы его, привычно цепкие, скользили по мясистой каменной глади, будто наровящей скинуть его в бездонную пропасть. Совершенно выбившись из сил, он с надеждой поднял голову ввысь, но к своему ужасу обнаружил лишь новые скалистые пики, совершенно затмевавшие солнечный свет.В надвигающейся тьме он уцепился за край уступа, образующего естественный выход из громадной пещеры, всецело сокрытой во мраке. Что-то жуткое и пугающее манило его в эту бездну, но он уже сделал первый неуверенный шаг навстречу подземелью. В нос ударил сильный смрад оплавленного кислотой железа. Шаги горца отдавались гулким, омерзительно чавкающим эхом по объятым ночью сводам. Он потерял всякий счет времени; прошлое, настоящее и будущее воедино слились в его измученном сознании.Внезапно из тьмы вырвался огромный хищный питон, смертельной хваткой опутавший нижнюю половину тела рыцаря. Клин потерял равновесие и рухнул на каменный пол, судорожно пытаясь вырваться из душащего поцелуя чудовища. Но монстр и не думал уступать, резвыми и методичными рывками утаскивая свою жертву куда-то вглубь пещеры. Спина и руки рыцаря были все ободраны о когтистые горные выступы в наивных попытках сбросить с себя гигантскую змею, но все тщетно.Он окончательно потерял всякую надежду на спасение, когда до слуха донесся знакомый мужской голос. Увы, сейчас он никак не мог вспомнить его обладателя. Змея на мгновение остановилась, зловеще зашипела и разжала объятья. Уже через мгновение чудище бросилось в сторону другого наивного путника, отважившегося переночевать в проклятой пещере. Тяжелым, хриплым дыханием Клин кое-как восстановил способность дышать, чуть позже, — мыслить. Без оружия эту тварь им не одолеть, но возможно они сумеют сбежать из подземелья. Да, так же как неизвестный товарищ поспешил на помощь горцу, он сам не должен бросить в беде товарища. Рано или поздно змея насытится, и тогда у них будет шанс.Кое-как поднявшись на измученные ноги, воин хрустнул поясницей и отважно бросился вглубь пещеры.
***
Клин открыл глаза и обнаружил перед лицом красочное изображение из вишнийской энциклопедии. Невольно зачитавшись учебником, он все надеялся обнаружить на очередной странице их недавнюю нанимательницу. Отложив в сторону одолженный справочник, он кое-как уселся на постели и нехотя потянулся. Если не считать подстерегающих за городскими вратами гигантских скорпионов, южная жизнь вполне могла бы благотворно сказаться на здоровье: даже в своем нынешнем плачевном состоянии, он умудрился прибавить в выносливости просто по факту пребывания в царском дворце.
Стоило непременно еще раз отблагодарить Аларию: в отличие от своих незадачливых соратников, она за прошедшую неделю умудрилась не только обойти всю Барсину, но и добыть для них две пары прекрасных походных сапог. Раздумывая над этим, Клин пришел к выводу, что в ее родном мире, вне всякого сомнения, время шло намного быстрее нашего. Только этим можно было объяснить, как она умудрилась совместить изучение сложного южного наречия с разведкой, чтением, ваннами и покупкой снаряжения. Как и с Кенширо, рыцарь был искреннее рад своим ниспосланным самой богиней союзникам; неприятен был лишь болезненный факт, что как лидер он ничем не мог им соответствовать.
[5 глав учебника + одна газетка у Кенширо, вроде должно хватить на Неистовство?]
АвторВоскресеньем в "Обитель Солнца" пролетел никем незамеченный ворон.
Вскоре оказалось, что он как и Септет, был фамильяром принцессы. Его звали Триадом и сейчас он интересовался прогрессом выполнения миссии.
—Приветствую тебя, стремительный посланец Ее Высочества. Все ли в порядке в граде славном Маргеле, здравствует ли Ее Светлость? Что угодно бы отдал бы за свежую газетку с родных краев...
Находясь в имперском гнезде, Клин порою скучал по дому. Он уже не мог вспомнить, для чего некогда пустился в странствия, и как попал в услужение принцессе. Однако теперь, вновь оказавшиь на чужбине, мысли все чаще относили его в Маргел, в ставшее родным за время службы поместье. Ему казалось, что это место было его подлинном домом, а Нария — воздухом дарящим жизнь и существование.
—Прошу доложить Ее Высочеству, что плавание отняло у нас гораздо более времени, чем ожидалось. Казалось, мы захватили все штормы из возможных, не говоря уж о дальнейшем инциденте. Тем не менее, нам удалось заручиться благодушием Великого Царя, лишь только послание Ее Светлости им было предано огню. Полезной информации, однако, нами добыто по ходу встречи не было.
—В Барсине нами покуда не было обнаружено следов апостолов, хоть мы разведали весь город. В отсутствие каких-либо изобличающих техник выделить их от обычных людей пока не представляется возможным; рубить наугад же значит обратить против себя весь Кальцит. Остается надеяться, что рано или поздно их постигнет участь Виктора и они сами выдадут себя.
—Окрестности кишат ужасными монстрами и окутаны зыбучими песками. Южане выработали несколько хитроумных трюков, как игнорировать влияние пустыни. Помимо этого, даже их рабы, кажется, втрое рослее среднего имперца. Мы скопили денег на покупку снаряжения и готовимся отправиться в поход по близлежащим областям. Странствия по пустыне, однако, займут у нас многие дни, за что приношу свои глубочайшие извинения. Тем не менее смею заверить, что думы всех и каждого в отряде заняты исключительно нашей миссией, и нет ничего для нас важнее, нежели указа Ее Светлости.
Часовой пояс GMT +4, время: