Morning- Если вы осматриваете города, то почему вы здесь? У вас есть какая-то допустимая для разглашения информация про это место? Нам бы она не повредила.

— Ну как же... А если кто-то планирует повредить железнодорожные пути, собственность королевского дома, и своей базой для проведения подобной операции выбрал окрестности этого леса?

Heroist—Конечно согласна, тем более если в этом лесу вдруг окажутся настоящие злодеи, им наши "споры" будут только на руку. —Ильва бросила короткий взгляд на Весерода и выразительно кивнула.

— Настоящие злодеи... Смотря кого под этим подразумевать. Мы, в общем-то, уже узнали что хотели и скоро планируем возвращаться. Скажу по секрету, что... Хотя вам, наверное, будет лучше услышать напрямую от источника. — Капитан кивает подчиненным и к ногам группы падает мужчина среднего возраста в бело-синей одежде. Судя по многочисленным ранениям, совсем недавно его очень жестоко пытали. Мужчина рассказывает о том, что в сердце леса был доставлен один из украденных у Церкви артефактов, а сам он был членом инквизиции.

- То есть "злодеи" все еще там? - нахмурился Весерод. - Или вы их уже разбили и освободили этого... несчастного?
Самое время иметь кучу демонологов в отряде.

- Счастливого вам дня, сеньорита, - артерианцы группы при прощании.

Добавлено через 3 минуты

Morning- То есть "злодеи" все еще там? - нахмурился Весерод. - Или вы их уже разбили и освободили этого... несчастного?
Самое время иметь кучу демонологов в отряде.

— Ха-ха, боюсь что вы не совсем правильно оценили ситуацию. Этот "несчастный" — агент иностранного государства и мы, так сказать, поработали над ним в соответствии с внутренними протоколами.

АвторВ какой-то момент когда кот ненадолго покидает Андерса, он подходит к гоблину и обращается к нему.
— Ну что, так дальше и планируешь скрывать свою личность?

-- Имеешь что-то против? Спасибо, конечно, что хоть сразу не заложил. Быстро догадался... -- с момента признания Андерса, Алессия уже знала, что до этого дойдет, но не думала, что так скоро. И как она раньше не догадалась? Наверное, Андерс был для нее столь мало достоин внимания, что появление у него кота она заметила только к концу их пребывания в Эльхейме, да и то думала, что он его там и подобрал. -- Пока меня и так не гонят. Наша братия только что с чертом из леса почитай целовалась и в ноги ему кланялась, когда их друг стонал от боли, лежа в  грязи. С чего бы им теперь вытолкнуть взашей безобидного уродца, может, даже полезного?

Граф Орлов-- Имеешь что-то против? Спасибо, конечно, что хоть сразу не заложил. Быстро догадался... -- с момента признания Андерса, Алессия уже знала, что до этого дойдет, но не думала, что так скоро. И как она раньше не догадалась? Наверное, Андерс был для нее столь мало достоин внимания, что появление у него кота она заметила только к концу их пребывания в Эльхейме, да и то думала, что он его там и подобрал. -- Пока меня и так не гонят. Наша братия только что с чертом из леса почитай целовалась и в ноги ему кланялась, когда их друг стонал от боли, лежа в  грязи. С чего бы им теперь гнать безобидного уродца, может, даже полезного?

— Жить в безызвестности может быть больнее... Но смотри сама, если не вздумаешь чего учудить, мой рот будет на замке. 

Если бы не умение Калэнтии сохранять хладнокровный и бесстрастный вид, то, при виде "источника" Эрики, на её лице отразилась бы смех шока, ужаса и удивления. Бедолага прошёл через бесчеловечные истязания, находясь в руках слуг короны. Девушка понимала причину задержки — инквизиция является организацией неоднозначной даже в глазах многих артерианцев, а уж на землях Серберии наличие агента Церкви могло привести к определённым проблемам. Понимала она, что и инквизиция сама была способна на те ещё зверства. Тем не менее, ей сложно было оправдать столь зверский подход к пленникам, даже если его истязателями двигало желание сохранить покой Серберии. Притом, согласно словам капитана, такие методы были нормой. Но ведь, на этот раз, ничего дурного не произошло бы — инквизитор прибыл за артефактом, который, вероятно, не представлял для правительства Серберии никакого интереса. И вдвойне мерзко становилось от того, что его придётся оставить в руках пленителей — даже будь у их отряда достаточно сил чтобы совладать с людьми Эрики, ни к чему хорошему это бы не привело. Лучшее, что они могли сейчас сделать, это добыть артефакт своими силами и, по возвращению в Бальдр, передать барону — тот уж найдёт лучшее решение вопроса. Очередная сделка с совестью. Очередная ситуация без правильного решения. Очередной случай, что накрепко врежется к ней в память — воспоминание о том, на чём строится "покой" Серберии.
 — Я верно понимаю, что дальнейшим расследованием информации об артефакте вы не заинтересованы и наш отряд волен заняться этим? Неизвестно для каких целей похитители планируют его использовать.

Весерод поскреб в затылке.
- Получается, что если инородцы все еще тут, в лесу, то их же нужно вычистить?.. Не знаю (ага), поручат ли это нам или местным солдатам, но нельзя же так просто оставлять это дело... Вы не планируете? Если их там не так уж много, то мы могли бы управиться совместно.

— После осмотра леса и допроса пленника я рассудила что: 
a) В артефакте Церкви правительство королевства не заинтересовано;
b) Угрозу железнодорожным путям Серберии эти агенты не представляют;
— Поэтому решение вопроса иностранных агентов ложится на плечи провинциальной армии. Собственно, с вашей точки зрения это, вероятнее всего, и есть те самые нарушители, которых вам надлежит задержать или же уничтожить. Что же до артефакта, то это уже не наше дело, в отношении него можете поступать так, как считаете нужным.

Весерод кивнул и обратился к пленнику.
- Слушай, мужик, расскажи подробно, что там и как. Кто такие, сколько их, как вооружены, что затеяли? Дело серьезное, как видится. И чего ты один-то туда поперся? Типа силач?

Хотя идея держать в плену члена инквизиции не улыбалась Калэнтии, всё оказалось несколько лучше, чем она того думала. Едва ли графиня, узнав цель визита агента Церкви, прикажет бросить того в темницу. Разумеется, если группа вообще решит докладывать графине об этом. Их же отряд, в противовес отряду Эрики, сторонился столь жестоких методов добычи информации и мог как-никак, но заняться излечением истерзанного инквизитора и помочь ему с выполнением его миссии.

Не словом, ни жестом, ни обычным своим спокойным, несколько сонливым выражением лица Гульвейг не выдала, что внутри она кричала, просто визжала.
"Если агенты не опасны, если артефакт никому не нужен, зачем пытать?! Матушка, зачем было так поступать?! Инквизиторы тоже хороши, почему не запросить официального разрешения, если они ничего такого делать не собираются? Я-то думала, в цивилизованном мире живём, а тут, на ровном месте?! Матушка, как же ему должно быть больно! Хоть бы не было войны!"

— Я... Нет... Я п-проссто... — Пленник прикрывает беззубый рот лишенной ногтей рукой и второй хватается за волосы, случайно приоткрывая до того спрятанные за ними ожоги. — Блфефу толлек...
Продолжает говорить что-то невнятное.
— Похоже, что наш джентльмен не в настроении продолжать общение, — сухо прокомментировала Эрика, — если вам это не будет обременительным или наоборот полезным, могу оставить его на вас.