"Новый день - новая жизнь", как могли бы сказать разумисты, но для особей из мерзотного племени вся жизнь была одним днем, поэтому остаток позднего вечера и ночь Тифа проводит сидя на табурете и пробуя на слух различные варианты звучания струн, основываясь на увиденном днем ранее.
Звук инструмента довольно ограничен по своему ассортименту, и тем не менее, как показала практика, порядок его извлечения вкупе с наблюдаемым глазами способен сыграть какую-то роль в примитивном, одолеваемом низменными эмоциями, мыслительном центре теплокровной обезьяны, ошибочно именуемом ею душой. Как муравьи ориентируются по танцу и запаху, при всей чуждости и недоступности данного метода для двуногой публики, оставаясь общепризнанно низшими существами, так и людишки следуют своим низкокачественным эквивалентам.
В момент достижения пятнадцатипроцентного с нулем сотых уровня утреннего освещения в ее каморке, глаза Леди поднимаются от инструмента, а руки механически тянутся за косметикой. Возможно когда-нибудь промышленники изобретут марафет, держащийся до того момента, пока его не снимешь, но текущий их уровень оставляет желать лучшего - энтропия материи не дает задержаться макияжу дольше чем на день даже на самом бесстрастном лице. Или это был просто не тот климат.
По исполнению ритуала, она покидает "жилье" и, поминая, что на этот день вроде как ничего особенно импактного не запланирована, неспеша двигается куда-то в сторону цитадели с целью отыскать благодетеля, у которого были заготовлены какие-то добровольные поручения.