-- Ффф. -- Гай шумно выдохнул носом, точно усталая лошадь и оперелся спиной на дверь, пробормотав про себя: -- Никогда бы не подумал, что смогу стать сутенером в Лунгворте...
С другой стороны двери раздались какие-то шумные топочующие звуки.
"Вот это он нетерпеливый, прям на полу ее берет?"
К звукам прибавилась недовольная речь. Сквозь дверь разобрать ничего было нельзя, но голос, кажется женский...
"Че она опять там возникает что ли? Зря я тут стою, ну его, у меня удача сбоит наверное..."
Может, там Зевсовы бабы сцену ревности устроили, а он сразу о плохом думает. Не любит удача пессимистов. Оптимистов, всегда в ней уверенных, тоже. Как истинная шлюха, никого она не любит, и ни с кем долго не бывает, а как на редкость паскудная шлюха -- цену ломит одному без малого задаром, другому -- вдесятеро, а по уходу еще и стащит чего ценного за собой.
Гай присел на скамейку, которую минуту назад еще занимала Виритта. Какая-то птица сидела на спинке, и Гай смахнул ее рукой.
-- Заманали срать на город... Головы пооткручиваю и на ужин пожарю.
Как там нашу цыпочку Зевс жарит? Выкинуть бы их из головы обоих, да нейдет: такое-то дело, столько столько труда, такое краснобайство, а еще не ясно -- выгорело ли? Эх, покурить бы... Кажется, именно это делают сутенеры, когда приводят девочек к богатым клиентам, а сами сматываются. Стоя еще в двери, они ухмыляются одним углом рта, картинно запыхивают дорогой зажигалкой, поправляют дорогую шляпу или костюм и идут себе вальяжно по городу в предвкушении бабла... Гай вытряхнул карманы. Было огниво и табачные крошки -- верно говорят, сейчас некурящий наемник -- такое же диво, как полвека назад -- непьющий. Но крошек не хватит даже на полпапироски. Гай ненастоящий сутенер...
И костюма нет, и шляпы, две серьги с кольцом -- да и те не золотые. И бабла нет, и не факт, что будет. Хотя, Атаракс что-то говорил про оплачиваемый опрос. Сходить что ли туда, а не тут маяться...
Так он и поступил. Не такой уж поздний час, чтоб им закрыться.