Чувства возвращались к Гийону постепенно. Сначала была боль. Болела голова, по которой прилетело боевым молотом так, что шлем не выдержал. Болели руки, заломанные за спину и скрученные грубой верёвкой. Болели рёбра, отбитые до синяков. Невыносимо болела правая нога - та самая, куда угодила стрела, из-за которой он и упал. По ощущениям, стрелу вытащили из его колена, но было всё ещё очень больно.
Потом пришёл холод. Холод от голого каменного пола, на котором лежал юноша. Холод от ночного воздуха, который не нашёл преграды в виде брони, плотной верхней одежды или хотя бы одеяла. Он беспощадно проникал сквозь тонкую нижнюю рубашку, выгрызая последние крохи сил.
Гийон завозился, пытаясь свернуться калачиком и сберечь хоть сколько-то тепла. Это стало его ошибкой.
- О, я уж думал, никогда не очнётся, - раздался громкий голос, от которого у юноши снова заболела голова.
- Может, и не очнулся? Сейчас исправим, - сказал другой голос. Гийон почувствовал тяжёлые приближающиеся шаги, а потом резкий пинок в живот.
Он вскрикнул больше от неожиданности, чем от боли, и поднял голову, чтобы посмотреть на своих пленителей. Перед глазами плавали цветные круги, но юноша смог рассмотреть, что, хотя эта старая крепость и кишела бандитами (раза в три больше, чем сказала разведка!), им заинтересовались всего двое.
Двое самых крупных и сердитых.
- О, ожил, - довольно ухмыльнулся мордоворот, который, очевидно, его и пнул. - Но ненадолго. Босс вроде сказал, пленных не брать.
- Эй, это наш гость, - усмехнулся второй, - что решит босс, то и будет, а пока проявим немного гостеприимства.
Грубым движением он схватил Гийона за плечо и вздёрнул его на ноги. Повреждённое колено пронзила невыносимая боль; юноша стиснул язык всеми зубами, чтобы не закричать. Он попытался перенести вес на здоровую ногу и зло зыркнул на мучителя.
- Ух, какие мы грозные, - посмеялся бандит, державший его, - а я думал, все королевские солдаты трусы и хлюпики. По крайней мере, по той резне, что мы вам устроили, у меня такое впечатление сложилось.
- Один солдат стоит трёх таких ублюдков, как ты, - процедил Гийон сквозь зубы, - просто вы, подлые, мерзкие...
Собеседник бесцеремонно перебил его оплеухой такой силы, что голова юноши откинулась вбок, а шея нехорошо хрустнула.
- Солдатской мрази слова не давали, - прошипел бандит сквозь зубы.
Гийон закусил разбитую губу и продолжил сверлить разбойника взглядом.
- Что пыришься? Зенки сейчас тебе твои повыколупываю! - осклабился головорез, пугающе размахивая свободной рукой перед лицом юноши.
- Да подожди ты, - сказал его приятель. - Дай мне рассмотреть его. А то я без ведра на голове его толком не видел.
Он по-хозяйски положил руку на затылок Гийона, собрав в горсть его волосы. Второй рукой он крепко стиснул его за подбородок. Слегка запрокинув голову пленника, он стал внимательно рассматривать его лицо в свете факела, поворачивая то вправо, то влево.
- А ты у нас хорошенький, оказывается, - как-то странно промурлыкал разбойник, проведя большим пальцем по щеке жертвы.
По спине юноши побежали нехорошие мурашки, в животе похолодело. Он слышал, КАК бандиты развлекаются со своими пленниками, независимо от их пола. Ему совершенно точно не нравилось ТАКОЕ внимание.
Улучив момент, Гийон плюнул извращенцу в глаз.
И через мгновение пожалел об этом.
Бандит с сомнительными намерениями, грязно матерясь, вытер лицо одной рукой, а другой резко дёрнул юношу за волосы, заставляя упасть. Его приятель услужливо отпустил руку, и ничем не поддерживаемый Гийон со всего размаху рухнул на каменный пол. В руке негодяя остался клок волос.
- Е***** ублюдок, я всё равно сделаю с тобой что хочу, но теперь ты нарвался, - прорычал головорез, прижимая лицо пленника к полу и надавливая коленом ему на спину.
- Эй, эй, не убей его раньше времени, может другие парни тоже хотят, - попытался остановить его сообщник.
- А это их проблемы, - огрызнулся распалившийся негодяй.
- Так, что здесь происходит? - прервал сцену властный голос.
Все трое замерли. Бандиты резко вскочили по стойке смирно. Гийон поднял голову, с тоской пытаясь понять, что готовит ему новый мучитель.
Судя по осанке и богатому наряду, перед ними стоял лидер.
- Что вы тут устроили, м?
- Так мы это, босс... - промямлил несостоявшийся насильник, - он же всё равно в расход пойдёт. Мы и решили с ним... Поиграть немного...
- Поиграть, хм?
Босс наклонился к пленнику, аккуратно взял его за подбородок и как следует осмотрел добычу. Несмотря на разбитую губу и кровоподтёк на щеке, он остался доволен увиденным.
- Да, красавчик, - ухмыльнулся он, вставая. - Было бы глупо пускать его в расход. Девочки таких любят. Особенно ушастые. Есть у меня одна знакомая лунарийка... За такой товар она хорошо даёт.
Главарь достал из кармана тяжёлый кованый ошейник с цепью и замком. Гийон плохо разбирался в магических артефактах, но ошейник как-то странно поблёскивал - возможно, был зачарованным? Его снова одолели нехорошие мысли. Сердце забилось как бешеное.
- Придержите его, парни, - равнодушно кивнул лидер.
Оба подручных с садистским удовольствием придавили пленника к полу, не давая ему шевельнуться. Главарь бандитов с какой-то едва уловимой элегантностью обернул ошейник вокруг шеи юноши, отводя волосы в сторону, и защёлкнул замок.
Как только Гийон услышал щелчок замка, он почувствовал, что случилось нечто непоправимое. Его пронзило ужасное ощущение, что его собственное тело больше не принадлежит ему, он теперь лишь ходящая и говорящая вещь, предмет мебели, инструмент, не имеющий права на собственную волю и мнение. Ощущение, что это с ним навсегда и у него нет никаких шансов что-то исправить и вернуться к прежней жизни.
- Ты... Что ты... Сними с меня эту дрянь! - прошипел он сквозь зубы.
- Парни, напомните, разве я позволял этому рабу говорить? - наигранно удивился босс.
- Нет, - радостно ухмыльнулся бандит, имевший на Гийона виды.
- Да хватит вам! - пленник дёрнулся. Его жалкие попытки вырваться были проигнорированы - лишь главарь банды ударил его по лицу. Несильно, но унизительно.
- Думаю, если раб продолжит демонстрировать... неуправляемость, его надо будет... укротить, - холодно-безразличным тоном сказал лидер, обращаясь к своим подручным.
Гийон замер и замолчал. Сердце отчаянно билось где-то в глотке. Ошейник немилосердно сдавливал горло, затрудняя дыхание. Тело было зажато в пресс между двумя здоровенными бугаями и каменным полом. Связанные руки намертво затекли, он уже не чувствовал пальцев. Рана на ноге ныла. Голова кружилась. У него просто не осталось сил к сопротивлению.
- Так-то лучше, - босс удовлетворённо кивнул. - Ах да... Ещё кое-что.
Он выхватил с пояса огромный охотничий нож и в несколько быстрых движений срезал с юноши всю одежду до последней нитки - остались лишь ошейник и верёвка, связывавшая руки.
- Одежда в комплект не входит. Придётся докупать за отдельную плату, - хохотнул он своей шутке.
Гийону захотелось провалиться под пол.
- Завтра за товаром придут, так что оттащите его куда-нибудь в уголок и не трогайте, - приказал главарь напоследок.
- Босс, а это... Можно его... - продолжал зудеть негодяй, твёрдо намеренный сделать с пленником нечто ужасное.
- Можно, можно, ты ж не уймёшься, - закатил глаза лидер. - Только осторожно. Никаких увечий. Нам не нужен порченый товар, у меня репутация.
С этими словами он ушёл, оставив двух головорезов с их новой игрушкой...
Гийон со стоном проснулся. Он уже почти забыл события той ужасной ночи, но истерзанный разум решил, что сейчас будет отличное время напомнить ему всё в деталях. Он будто снова ощутил тот холод, ту боль, металл ошейника, впивавшийся в шею, и цепкие руки бандитов, вертевших его как куклу. Будто теперешних страданий ему было мало...
Юноша попытался сесть, но ему удалось лишь заползти по подушке вверх на несколько сантиметров, и все внутренности будто прожгло раскалённой лавой от этого небольшого действия. Он откинулся на подушку и попытался отдышаться, но ему быстро пришлось умерить пыл, каждый хоть сколько-то глубокий вдох по-прежнему причинял ужасную боль. Хотелось плакать от боли и собственного бессилия.
Кое-как натянув одеяло повыше (озноб всё ещё колотил), Гийон прищурился, пытаясь угадать очертания предметов. Кажется, стало светлее, но мутная каша перед глазами упорно собиралась оставаться набором пятен, не желавшим принимать сколько-то знакомые формы. Наверное, это было лучше полной слепоты, но вряд ли намного.
- Бесполезный, - сквозь зубы выдохнул Гийон, снова закрывая глаза.
Часовой пояс GMT +4, время: