— Удачного пути, — Келиандра прощается со стражей, а затем обращается к торговцу, предусмотрительно стоя за пределами лавки. — Знаешь, я ненавижу в жизни две вещи: первая это когда меня называют темной лунарийкой, потому что меня вырастил человек и своих соплеменников я толком и не видела, а вторая это когда мне портят личико. Это уже особенность расы, полагаю. Ты ударил в оба места просто потому что. Естественно я пришла в ярость. Но дело можно было решить весьма быстро и лениво. И тем не менее, сложные пути тебе явно нравятся больше. Поведай же: за что ты так меня ненавидишь? Кстати, рядом словно бы никого и нет. Отличная возможность прирезать меня, куски трупа сложить причудливым образом и спихнуть все на серийного убийцу, орудующего в столице. Неплохой вариант, не так ли?