Гарольд ложится спать и, вот так поворот, спит.
Тем временем в парке:
– Коварным недоброжелателем, ведь вместо отдыха на фестивале я вылавливаю стражников в парке и задаю им неудобные вопросы, – усмехнулся незнакомец, – Слышал я, что этот ушастый лжец травит своей Волей Истирис уже даже столичную стражу. Наглость кэцирай воистину не имеет границ.