Прославленный энлильский художник не превратился за ночь в раба за три сотни рем. Какая жалость!
– Мм, доброе утро. Да хорошо, во сне созерцала лишь пустоту, – отозвалась лунарийка. – Ну что, готов отправиться к скраймам?
А конь-то оказался весьма хорош. За свою цену и вовсе великолепен!