— Благодарю, Ваше Высокопреосвященство, — девушка присаживается, воспользовавшись предложением патриарха, — название моего родного мира мне неведомо. Не берусь судить пробел ли это в моём личном образовании или упущение людей науки. Родом с материка Энклессия, из страны под названием Танарсис. В моих родных краях, по официальной доктрине, всё было принято делить на чёрное и белое — на добро и зло. И искоренением последнего занималась инквизиция, членом которой я и являлась. Понятие зла было широким — под такое определение попадали как актуальные угрозы, вроде диких монстров и демонов, так и инакомыслящие, еретики или школяры придерживающиеся "неудобной" позиции. Совру если скажу что в правильности свои действий у меня не возникало сомнений ещё тогда. Возникали ещё в детстве. Но когда ты высказываешь своим родителям эти сомнения, а в ответ получаешь лишь холод и порицание, то со временем как-то учишься держать их в себе. Учишься отгонять от себя подобные мысли. Твердишь, что это необходимо ради высшего блага. Даже когда глубоко в сердце понимаешь, что "еретик" не то что бы неправ.
— И так вот я была малодушным исполнителем чужой воли, обманывающим себя и неспособным перечить своим командирам. Но мне хотелось свободы от этого. А потому порой, вдали от людских глаз, я совершала акты противоречащие установленной догме. Может прозвучать как проявление свободолюбия, но не делало ли это меня даже хуже? Выходит ведь я даже не разделяла взгляды, которые якобы отстаивала, не имея при том отваги поступить иначе. И всё это пока для окружающих выглядела "образцовым инквизитором". Но никакой обман не длится вечно. В один день, своим актом неповиновения я сломала жизнь себе и самому дорогому для меня, на тот момент, человеку. В противовес мне, он устал жить во лжи и сознался в содеянном нами. В один момент, я потеряла всё. Лишилась своей позиции. Друзей. Родители от меня отвернулись. Меня публично высекли плетью. И в родном городе я стала изгоем. Я получила своё наказание. Хотя заслуживала наказание гораздо хуже. Хотелось бы мне оставить все свои деяния в Танарсисе позади, но сделанного не изменишь. Это что-то, с чем мне придётся жить.
— На тот момент, покидая Танарсис, всё что я ощущала была лишь жгучая ненависть к собой себе, перемешанная с терзаниями совести. К тому какая я дура. Я предавалась саморазрушению, в то же время цепляясь за вбитые мне в голову догматы. Но даже человека подобного мне с распростёртыми объятиями приняла Реймийская Империя. Мне даже повстречался там человек, которому я начала испытывать тёплые чувства. С которым я могла бы начать новую жизнь, не будь я столь поглощена ненавистью к себе. Так или иначе, на землях империи я начала новую жизнь, занимаясь честным трудом. Порой занималась простой работой. Порой защищала странствующих торговцев от монстров и разбойников, используя полученные на родине навыки для действительно благих дел. Несмотря на моё не лучшее эмоциональное состояние, жизнь в общем-то складывалась не так уж и плохо. Особенно для кого-то вроде меня.
— К сожалению, без трагедий не обходилось даже на новом месте. Хоть мои воинские умения, а также подвластное мне тогда целебное пламя, и уберегли много жизней, всё равно бывали случаи, где моих навыков было недостаточно чтобы уберечь людей вверивших судьбу в мои руки. Наверное самым ярким случай подобного, на мой памяти, произошёл когда мы с другими наёмниками нанялись сопровождать одного историка на его экспедиции в одно из самых опасных мест южной Энклессии. Он был очень мудрым и интересным собеседником, помог мне многое понять о себе и по новому взглянуть на мир. Но я не смогла отплатить ему той же добротой. Моих сил и сил моих товарищей оказалось мало — выжил лишь сын этого историка. Сломленный и окружённый телами своих близких, он сжимал в руках тело своего отца и плакал. А всё потому что я оказалась слишком слаба. Переоценила свои способности и дала обещание, которое оказалась не в силах исполнить. За мою ошибку, невинные люди поплатились своими жизнями.
— С сыном историка я с тех пор не виделась, да и не знаю как я бы смотрела ему в глаза после всего этого. Но я продолжила свою жизнь в Реймийской Империи, порой получая вести как мои друзья и коллеги погибли на очередном задании. Мне лично довелось наблюдать наследование престола Сонатой Рейм, первой правящей императрицей, а также последовавшие за этим реформы. Повышения уровня жизни и образования. Упразднение дворянского сословия. И отказ от многих жестоких практик, таких как смертельные бои на арене. Сама я, на тот момент, взяла перерыв от наёмничьей деятельности и вновь занималась простой работой. Даже развила в себе кулинарные таланты. Устала от окружавшей меня смерти. И, наверное, этот период моей жизни я могу назвать самым счастливым. Но и долго сидеть на месте без дела я не могла. Сколь позитивными ни были бы, на мой взгляд, реформы императрицы, они далеко не всем пришлись по нраву. Кому-то они казались поспешными и неосторожными, а кому-то не хотелось терять свою власть. Воспользовался этим и её жадный до власти брат, Тиарий Рейм, объявивший себя лишённым престола истинным наследником. Обстановка в империи накалялась и я поняла, что теперь настал мой черёд возвращать долг столь радушно принявшей меня империи.
— В меру своих сил, я оказывала поддержку правительству Сонаты. Помогала расследовать преступления, там где стража не поспевала. Расчищала канализацию столицы от расплодившихся там монстров, пока они не начали лезть наружу и угрожать жизням невинных. Прикладывала все силы, чтобы спасти ставшие для меня родными земли и сделать жизнь жителей империи лучше. Разумеется, работа была рискованная и мне вновь приходилось мириться с неожиданными смертями товарищей и ставших близкими людей. Но именно благодаря этой службе я и обрела свою лучшую подругу, Эльрину. Очень доброго, светлого, талантливого и волевого человека. Мы не раз спасали друг друга от верной смерти. Однако на последней своей миссии, по крайней мере последней миссии о которой я помню, потеряла я и её. Она не умерла, но... просто пропала, не иначе как по велению злокозненной сущности с которой мы тогда столкнулись. К сожалению, что происходило дальше я не помню. После прибытия в ваш мир, с памятью у меня не очень. Голова будто в тумане. Я даже не знаю как и отчего умерла. Помню лишь как безуспешно пыталась отыскать Эльрину. Чем закончился, если вообще закончился, конфликт в империи я не ведаю. Не уверена даже сколько времени прошло с момента моей смерти.
— После этого я оказалась здесь. Не уверена в праве ли я называть имя человека даровавшего мне существование в этом мире, но думаю оно вам и так известно. В конце концов, этот человек спас мою жизнь. От меня и моих товарищей требовалось отправиться на юг и избавить этот мир от присутствия нескольких монстров. На первый взгляд, задание благородное. И с моей стороны только правильно ответить добром на добро. А после встречи лицом к лицу с некоторыми из чудищ, я лишь убедилась что цель это была благая. Однако сам процесс поиска тяготил меня. Мы оказались в Кальците, о котором вы наверное знаете больше моего. Царстве, где достаточно невезучий человек может быть приравнен к собственности. И я понимала, что была не в состоянии улучшить судьбу этих людей. Выручить их. Будучи простой гостью, посланной совершенно не за этим, должными финансами или влиянием я не располагала. Не то что бы мне не доводилось бывать в краях с похожим укладом в родном мире, но ощущение всё равно оставалось гнетущее. Особенно когда Кальцит то и дело испытывал тебя. Когда ты оказывался в сложной ситуации, предлагал поступиться совестью и, например, отыскать беглых рабов в обмен на щедрое вознаграждение.
— Подобных соблазнов я избежала, но не могу сказать что с моей стороны обошлось без всё того же малодушия. Будучи человеком в этом мире чужим, лишённым опыта командования и с порядками не знакомых, я не проявляла должной решительности. Хотя и могла бы, наверное, уберечь своего командира от определённых ошибок. В одной ситуации мы могли бы вмешаться, спасти человека от незавидной участи, но не стали. Решили не рисковать миссией, поставив её на первое место. И это был, к сожалению, не единственный случай. Ближе к концу путешествия ситуация повторилась когда мне, волею судьбы, довелось странствовать в одиночку. Никакого командира, за чьей спиной я могла бы прикрыться, со мной не было. И, самое гадкое, что вскоре после этого я встретила человека, который помог мне по доброте душевной. Там где я этого не ждала и он ничем мне не был обязан. Сложно было не ощущать, что подобной доброты я недостойна.
— Не обошлось во время нашей экспедиции и без других проблем, которые терзают меня и моих выживших товарищей по сей день. Ближе к началу нашего путешествия, мы столкнулись с опасным колдуном — одним из монстров. Он заманивал наивных путников в ловушку, где после заставлял бы участвовать в смертельных играх. Всё ради того чтобы развеять собственную скуку. И его новым развлечением оказался наш отряд, каждый из членов которого вышел из столкновения с каким-нибудь ломающим жизнь проклятием. В моём случае, чародей лишил меня всех моих навыков. Как по щелчку пальцев, я разучилась нормально орудовать мечом. Погасил он и пламя, пылавшее в моей душе. В один момент я потеряла очень важный аспект самой себя, важность которого в должной степени не осознавала до этого самого момента. Как воин привыкший защищать своих товарищей мечом, я ощущала себя полностью бесполезной. Мёртвым грузом. А заменившая пламя пустота ощущалось неправильной. Я ощущала себя совершенно чуждо. Будто я не я. И будто я потеряла что-то большее, чем просто навыки. Будто я потеряла саму себя. Чувствовала отчаяние. Страх. Лишь чудом собрала свою волю в кулак, не желая проигрывать негодяю. К тому же, моим товарищам тогда тоже была нужна моя поддержка. Из всей нашей группы, я одна удосужилась изучить местный язык. И могла бы помочь им хоть с этим, сколь беспомощной я бы теперь не являлась относительно своего прежнего я.
— Во время наших дальнейших странствий, я старательно пыталась наверстать упущенное. Усиленно тренировалась с мечом. Мне даже довелось наткнуться на знания, позволившие вновь разжечь казалось бы навеки угасшее пламя. Но это пламя было новым. Смутно знакомым, но в то же время другим. И достигалось это иначе. Раньше я расценивала свои способности как инструмент. Удобный инструмент, но инструмент. Однако после пережитого... не знаю. Моё новое пламя было достигнуто гармонией с природными энергиями. Не уверена даже как лучше это описать, но чувство было новое. Незнакомое, но приятное. Умиротворяющее. Заставляющее взглянуть на мир иными глазами. Почувствовать себя воистину единым целым с ним. Хотя даже при проделанном пути сложно было не оглядываться назад на то, что я потеряла.
— После трёх месяцев, волею морской стихии, миссия неожиданно подошла к концу. В процессе выполнения, двое моих товарищей, тем или иным образом, расстались со своими жизнями, тогда как последний из монстров за которым мы охотились умудрился от нас ускользнуть. Когда я возвращалась обратно, я была усталая и испуганная, пребывая в полной уверенности что в этот раз и вовсе выжила я одна. Я даже не могла без страха смотреть на мирно покачивающиеся морские волны, после того что мне довелось пережить. Я ощущала себя абсолютно сломленным человеком, который действует сугубо вопреки обрушившимся на него невзгодам. И по возвращению... я была освобождена от своего долга. Мне было дозволено вести свою дальнейшую жизнь так, как я считала нужным. Вроде и щедрый дар, за который я искренне благодарна, но порой сложно не видеть в этом жалость по отношению к моему текущему состоянию. Как когда травмированного вояку отправляют на покой с почестями. В какой-то степени, заставляет чувствовать себя ещё более бесполезной.
— Последовавший за этим месяц я провела за знакомством с Маргелом. Изучением местных порядков, желая лучше понять место где мне придётся жить и его жителей. Я нашла себе работу, не желая просиживать штаны и стремясь стать продуктивным членом общества. В свободное же от этого время я старалась привести себя в форму, физически и морально, занимаясь физической подготовкой и проводя время в медитациях, желая достичь гармонии с собой и этим миром. Пожалуй, в этом и заключаются мои планы на будущее. Я хочу восстановиться. Хочу вернуться в строй. Хотя бы довести свои навыки до приемлемого уровня, но в идеале отточить своё мастерство. Одолеть своих внутренних демонов и стать лучше как человек, чтобы вновь не допускать былых ошибок. Стать личностью, которая может защитить то что ей дорого. А также помочь своему товарищу с его восстановлением, в меру своих сил. А дальше... если человек подаривший мне второй шанс вновь будет нуждаться в моих услугах для некой благородной цели, и я буду чувствовать что в этот раз не подведу возложенные на меня надежды, то я отвечу на этот зов. Иначе же продолжу свой путь к исцелению, параллельно стараясь быть кем-то, на кого окружающие могут положиться в трудный момент. Кем-то, кто отвечает добром на добро не только на словах.
— Что же до вещей которые тяготят меня, то их много. Меня тяготит моё прошлое и поступки которые я совершала. Я боюсь что даже спустя столько лет я не смогла стать достойным человеком. Меня тяготят ошибки совершённые мной, которые привели к трагическим последствиям для окружающих. Тяготит ощущение бессилия и собственной бесполезности, неспособность защитить дорогих мне людей, которое лишь обострилось после случая с тем колдуном. Тяготит собственное малодушие, то и дело показывающее свою уродливую голову. И трусость, по причине которой мне даже на море теперь смотреть неуютно. Порой возникает ощущение что сколько бы я ни пыталась стать лучше, я всегда возвращаюсь туда откуда пришла.
— Такова моя история, Ваше Высокопреосвященство. Наверное вы первый кому я всё это рассказываю, так что извините если мой рассказ может показаться несколько сумбурным. Очень сложно облечь свои эмоции в нужную форму или подыскать верные для этого слова. Обычно я не склонна делиться с кем-то своими переживаниями столь... прямо и откровенно. Хочется надеяться что даже для кого-то вроде меня не всё потеряно. В ином же случае, искреннее вам спасибо что выслушали.
Часовой пояс GMT +4, время: