- Шрамы?.. - в непонятке Генза чешет затылок, потом обращает внимание. - Ааа. Да нет, с чего бы? Это никак не меняет сути, наоборот, это опыт, который делает нас теми, кто мы есть. Иногда без этого не обойтись.
Он потер щеку, на которой красовался его собственный.
- Один мужик, которого я очень уважаю, рассказал мне про такую штуку заморскую, как же она называлась? Такое смешное слово, вертится на языке. Сасаби... Васаби вроде или как-то так. Это такой принцип, когда человек ценит явление не за его напускную безукоризненность, что есть лишь пыль в глаза окружающих, а напротив, за его истинную натуру, возможно в чем-то неидеальную, но вместе с тем настоящую, и пробуждающую в душе особое бережное осознание его хрупкой красоты при факторах несовершенства мира. Ну например как цветок, пробившийся из камней и всякое такое. Это на островах популярная тема философская.
Уж совсем нехарактерно для себя ощутив некоторое смущение от только что произнесенного, быстренько дополняет:
- А я знаешь ли, недавно имел удовольствие пообщаться как раз с адептом безукоризненности, которая декларировала единственно верный-идеальный взгляд на вещи, шаг влево шаг вправо расстрел. Но никакой красоты, или искренности, или хотя бы своих собственных человеческих эмоций я там не ощутил, только сухая холодная лекция из методички в попытке игрой слов, и без всякого дела, выставить себя в лучшем свете. Хех. Честное "Эй, ты!" я выберу в ста случаях из ста.