/ Ну, юзает их все. Я так понимаю, между ними и докторскими скиллами разницы нет. Остальное Калина медициной. /

Калина возвращает Зорицу и Меллен к жизни. 
Молитвы Зорицы воскрешают Гаррета, Айко, Мерэля и Нору. 
Гаррет, Айко, Мерэль, Нора и Меллен получают страшные ожоги (красота = 0, харизма -5).

При взрыве холодок Мерэля не пострадал. 

все равно молодцы , легко отделались

-- Давайте больше такого не повторять, -- были первые слова гномки после этой пирровой победы (хотя всё же сбить дирижабль -- это достижение, как ни крути).
Кожа горела и вся была изуродована. Но главное, что путь дальше был открыт. Наверное?
-- Мисс Калина, как понимаю, сейчас мы ничего сделать для лечения не можем? -- Айко также оглядела Мерэля на предмет, чтобы у него всё было в порядке...
-- Поторопимся. План прежний?

— Вас бы сейчас всех в госпиталь, но... — Калина бросила взгляд на чудом не пострадавшую лодку. — По всей видимости, это не вариант. 

Широко распахнутыми от ужаса глазами Беата наблюдала, как зимивийская махина неумолимо движется к берегу, сбрасывая смертоносные снаряды. Взрыв, ещё один, ещё один! В голове звенело от грохота, в глазах рябило. Когда один из снарядов разорвался в каком-то полуметре от Гийона, её душа ушла в пятки, но, к счастью, он смог устоять. А вот остальным повезло меньше... Окровавленное тело Гаррета и истошный крик Айко долго будут ей сниться в кошмарах. Даже Мерэль не смог спастись, хотя она думала, что у хитроумного мага окажется какой-нибудь туз в рукаве.
Всё, что она могла - крепко держать арбалет и неистово палить по цеппелину, решетя болтами оболочку шара и молясь, чтобы эта дрянь упала не на них.
Магички молодцы - смогли поджечь эту громаду. Айко даже после смерти оставалась лидером, ведущим за собой и старающимся на благо отряда.
Горящий цеппелин, наконец, начал падать, но треклятая вьюга с её непредсказуемыми порывами ветра отнесла его в сторону...
 - Девочки, нет! Калина, Нора, Меллен! ЗОРИЦА!!!
Крик Беаты никак не мог остановить творившийся у неё на глазах кошмар. Она со всех ног рванула к месту катастрофы.
Добежав, она к своему облегчению увидела, что обломки цеппелина перестали гореть - всё, что могло, уже сгорело, - а Калина каким-то чудом смогла выжить. Беата отчаянно огляделась в поисках Зорицы и нашла свою подругу придавленной каким-то обломком. Яростно откинув его, она уложила её ещё тёплое тело поудобнее и позвала Калину.
 - Пожалуйста, помоги ей, - голос Беаты дрожал, она вот-вот была готова заплакать, - она целитель. Поможет тебе вернуть наших к жизни, для тебя одной работы слишком много... - по её щеке скатилась слеза.

***

Гийон ещё никогда не чувствовал себя таким бесполезным.
Он знал, что в состоянии пережить бомбу, а то и две, был уверен в прочности своих доспехов и физической подготовке. Но как бы он ни прыгал, как бы ни орал, призывая на себя огонь, цеппелин его проигнорировал. Ему оставалось лишь беспомощно наблюдать, как треклятые революционеры бомбят его друзей, как Беата с Киликой яростно шмаляют из арбалетов, и, наконец, развернувшуюся катастрофу.
Его сердце ушло куда-то в живот, когда махина начала падать прямо на самую слабую часть их группы.
Он рванул к месту катастрофы, но заметил, что там уже суетилась Беата. Помедлив, Гийон подошёл к лодке, где нашли свой конец Мерэль и Айко. Бережно взяв на руки маленькое тельце гномки, он побежал искать целителей. Нельзя было остаться без лидера...