Дома в Маргеле, в безопасных стенах Карнеола, Гийон что-то почувствовал.
Облегчение. Свободу. Как будто огромный камень свалился с его души. Как будто он снова мог делать всё, что угодно, не боясь наказания от хозяина.
Но вместо радости от вновь обретённой воли и статуса полноценного человека он ощутил совсем иное.
Если проклятие спало... Это значит...
- Беата! Нет! - он вскочил на ноги, захлопнув книгу.
Бесполезный, бесполезный, бесполезный-бесполезный-бесполезный-ненужный-неудачник-не-смог-её-спасти....
- Нет...
Он бы многое отдал ради того, чтобы сбросить с себя оковы рабства. Стать человеком, а не вещью. Но если на кону стояла жизнь Беаты... Он бы добровольно вернулся в Нижнюю Лунарию, добровольно терпел бы всю боль и унижения до конца своих дней, лишь бы она была жива, лишь бы с ней было всё в порядке.
Гийон забыл, как дышать. Сердце глухо стучало где-то в горле. В груди рос тяжёлый ком.
- Пожалуйста... Нет...
Секунды складывались в минуты, а он всё так же стоял, не в силах переварить произошедшее. Руки тряслись. Кажется, он плакал. Нишо наверняка будет смеяться, скажет, что мужики не плачут... Да и плевать. Когда рушится вся твоя жизнь, когда ты теряешь самого близкого человека, не всё ли равно? Если бы только слёзы могли вернуть Беату... Если бы только случилось чудо...
- Боги... Великая Анузиш... Я не смогу без неё...
Словно бы в ответ на молитвы он почти услышал лязг невидимого ошейника у своего горла. Наверное, во всём мире не нашлось бы другого человека, который был бы так же счастлив вновь оказаться рабом.
Жива. Жива...
- Боги, спасибо... - Гийон упал на колени, не выдержав стресса.
Но ему предстояли ещё мучительных две недели...
***
Беата волокла ноги в Карнеол. Она слишком устала, слишком измоталась, слишком тревожилась за себя. Лишь на пути домой она смогла вернуться к новостям о крушении дирижабля. Какие шансы, что Гийон выжил? Какие шансы, что он смог преодолеть все опасности дикой местности и вернуться домой? Один, или даже с Нишо...
Авантюристка смирилась с мыслью, что больше никогда не увидит своего возлюбленного. Что тогда, в больнице, это был последний раз. Она не хотела помнить его таким. С перекошенным от боли, посеревшим лицом, с огромными синяками под мутными, слепо щурящимися глазами...
"Если бы я знала... Боги, если бы я знала! Надеюсь, он не мучился слишком сильно..."
Она проплакала почти всю поездку. В конце концов у неё уже не осталось слёз, и она лишь глухо рыдала в Мистериуса.
Возвращаться домой, в навсегда опустевшую комнату, не хотелось. Но было надо. Работа. Долг... Теперь в её жизни остался лишь долг. Что-то, за что можно цепляться. Время лечит, да? Сколько должно пройти времени, чтобы вылечить ту чудовищную рваную рану, оставленную падением дирижабля с её Гийошей?
Беата сомневалась, что хоть что-то сможет надолго удержать её на этом свете. Больше всего ей хотелось последовать за женихом в небытие.
Если бы кто-то когда-то сказал ей, что она так привяжется к кому-либо, тем более - к первому попавшемуся рабу, купленному для выполнения грязной работы, она бы не поверила. Она всегда старалась избегать привязанностей, видела в них лишь слабость и глупость. Она совершила ошибку, открыв своё сердце Гийону. Чудовищную ошибку, стоившую ей половины души и всей воли к жизни. Чудовищную ошибку, которая запросто может оказаться последней.
И всё же... И всё же, если бы у неё был выбор - она бы снова выбрала Гийона.
Два не слишком хороших человека с кучей тараканов в голове. Два человека, которым было просто не наплевать друг на друга. За годы вместе они выросли над собой, они много работали, чтобы стать лучшими людьми, чем прежде.
И теперь... Неужели всё было напрасно?
Беата не знала и не хотела знать. Она открыла дверь в Карнеол, поднялась по лестнице и положила руку на ручку двери своей комнаты.
Лечь, лежать и спать, спать, спать, надеяться, что всё случившееся просто дурной сон... Но кого она обманывает. Чудес не бывает.
Авантюристка рывком открыла дверь.
И замерла на месте.
***
- Добро пожаловать домой, моя госпожа, - улыбнулся Гийон, отрывая взгляд от учебника медицины.
- Г-г-г-г... - Беата застыла с полуоткрытым ртом. - Ты не... Я не...
Вместо ответа её верный напарник подошёл и крепко обнял её.
- Я скучал по тебе. И очень волновался... Не знаю, что бы я сделал, если бы ты не вернулась.
- Гийоша... Живой... - с облегчением выдохнула авантюристка, утыкаясь лицом ему в плечо. Ткань его костюма мгновенно намокла от слёз счастья и облегчения.
Какое-то время они так стояли. Беата рыдала, выплакивая из себя всю накопившуюся боль и отчаяние. Гийон молча и крепко обнимал её, поглаживая по спине.
Потом девушка отстранилась, всё ещё всхлипывая и шмыгая носом. Вытерла остатки слёз. И тут же влепила своему жениху звонкую затрещину.
- Ай!!! За что?!
- За то, что напугал меня! За то, что чуть не умер! Дважды! Ты хоть понимаешь, что если с тобой что-то случится, мне вообще не будет смысла топтать эту землю?! Зачем мне мир, в котором нет тебя?!
- Ты думаешь, мне было легко?! Мы с Нишо чуть не погибли, пока скакали по горам! Нас чуть не завалило, нас могли сожрать гарпии, саламандры, змеи, драконы... А потом, когда мы вернулись, я на какие-то минуты ощутил, что тебя не стало! Я чуть руки на себя не наложил!
- Если бы наложил - я бы никогда себе этого не простила! Я запрещаю тебе умирать! Раньше меня, по крайней мере! Вот сама умру, и делай, что хочешь!
- Да зачем мне делать что хочу, если ты умрёшь?! Я буду хотеть только одного! Ты единственное, что приносит смысл в мою жизнь!
- Значит найдёшь себе другой смысл! Будешь жить и радоваться жизни, во что бы то ни стало, понял?!
- Что-то ты не пыталась найти себе другой смысл! Я слышал, что ты бормотала, пока поднималась сюда! "Не хочу жить, не хочу, хочу к нему"!
- Потому что из нас двоих я главная! И я могу делать со своей жизнью, что мне вздумается! Захотела бы умереть вслед за тобой, и умерла бы!
- Коне-е-е-ечно, мне было бы так круто знать, что я стал причиной твоей смерти!
- А мне было бы круто знать, что без меня ты не смог жить дальше?! Болван!
- Угу, сама себя хоронит, и я ещё болван... - проворчал Гийон, уставая от спора.
- Ну не я же... - в тон ему ответила Беата, тоже порядком выдохшаяся от воплей. - Пошли к нашим. Мы и так весь Карнеол на уши подняли своими воплями. Надо их порадовать.
Часовой пояс GMT +4, время: